Обзоры практики

Обзор

по результатам обобщения и анализа судебной практики применения законодательства о возмещении вреда,

причиненного источником повышенной опасности - автомобилем

 

В силу обязательства вследствие причинения вреда лицо, причинившее вред личности или имуществу другого лица (физического или юридического), обязано возместить причиненный вред в полном объеме, а потерпевший имеет право требовать, чтобы причиненный ему вред был возмещен. Это общее правило возмещения вреда установлено в ст. 1064 ГК РФ и именуется в теории гражданского права принципом генерального деликта.

Рассматриваемое нами обязательство всегда возникает из факта правонарушения и имеет своим содержанием ответственность, т. е. возможность применения санкции к правонарушителю. Правонарушитель несет ответственность за причиненный вред в форме его возмещения при наличии предусмотренных законом условий. Такими условиями выступают:

– факт причинения вреда имуществу гражданина или юридического лица либо неимущественным благам – жизни, здоровью гражданина;

– противоправность поведения лица, причинившего вред;

– причинная связь между противоправным поведением причинителя вреда и возникшим вредом;

– вина лица, причинившего вред.

Наряду с генеральным деликтом, определяющим общие условия ответственности за вред, закон предусматривает ряд особых случаев, к каждому из которых применяются специальные правила, образующие специальные деликты. К числу специальных деликтов относятся, в частности, нормы, регулирующие ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности (ИПО).

Статья 1079 ГК РФ указывает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Под источником повышенной опасности следует понимать определенные предметы материального мира, проявляющие в процессе деятельности по их использованию вредоносность, не в полной мере поддающуюся контролю человека, в результате чего они создают опасность для окружающих. К таким предметам относятся и автотранспортные средства.

Субъектами ответственности по ст. 1079 ГК РФ являются титульные владельцы ИПО. Владельцем ИПО считается организация или гражданин, эксплуатирующие ИПО в силу принадлежащего им права собственности, хозяйственного ведения, права оперативного управления либо по другим законным основаниям.

По общему правилу, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, имеет субъективные основания. То есть владелец ИПО обязан возместить вред потерпевшему независимо от того, виновен он в причинении вреда или нет. Исключение состоит в том, что вред, причиненный взаимодействием ИПО, возмещается их владельцам с учетом вины каждого (п. 3 ч. 2. ст. 1079 ГК РФ).

На практике рассматриваются четыре ситуации при применении этого правила:

1. Вред, причиненный одному из владельцев ИПО по вине другого, возмещается виновным;

2. При наличии вины самого владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

3. При вине обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

4. При отсутствии вины владельцев ИПО во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение.

Основаниями освобождения владельца ИПО от ответственности являются: непреодолимая сила, умысел потерпевшего, грубая неосторожность потерпевшего, неправомерное завладение источником повышенной опасности третьим лицом.

Следует отметить, что по делам этой категории иск может быть предъявлен либо по месту жительства ответчика, либо по месту причинения вреда в соответствии со ст. ст. 117, 118 ГПК РСФСР. Исковое заявление должно соответствовать требованиям ст. 126 ГПК РСФСР. Срок исковой давности общий – 3 года.

В предмет доказывания по делу о возмещении ущерба, вызванного ДТП, входит факт принадлежности поврежденного автомобиля на основании вещного права истцу или осуществление последним ремонта транспортного средства, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда и размер причиненного ущерба.

Надлежащим ответчиком по иску данной категории является собственник автомобиля либо гражданин или юридическое лицо, владеющие автотранспортным средством на другом законном основании (право оперативного управления, право хозяйственного ведения, договора аренды в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.), а также лицо, в момент ДТП управлявшее автомобилем по доверенности. В связи с этим положением на практике иногда возникают проблемные ситуации, когда суд затрудняется определить, кто из участников процесса обладает вещным правом на автотранспортное средство. Так, один из районных судов г. Иркутска вынес необоснованное решение по делу о возмещении вреда, причиненного в результате ДТП, в котором фигурировал автомобиль реорганизуемого юридического лица. Хотя акт о принятии автомобиля был составлен до аварии, однако фактически автомобилем еще около месяца продолжало пользоваться прежнее юридическое лицо; водитель, нарушивший правила дорожного движения, находился в трудовых отношениях также с прежним юридическим лицом; автомобиль был снят с учета в ГИБДД неделю спустя после аварии.

Открытым остается вопрос о том, кто будет нести ответственность в случае, если работник, виновно совершивший ДТП, управлял автомобилем работодателя на основании доверенности. Представляется, что в данном случае доверенность на управление автомобилем в интересах собственника на постоянной основе с выплатой денежного вознаграждения за выполненную работу является формой организации трудовых отношений, помимо трудового договора. Исходя из этого, ответчиком по делу будет являться работодатель как титульный владелец ИПО.

Проблема привлечения надлежащего ответчика возникает и в тех случаях, когда ущерб автомобилю причинен в результате ДТП из-за дефектов дорожного покрытия. Организации, отвечающие за ремонт и содержание автомобильных дорог, стараются сбросить с себя бремя вины на строительные конторы. Те, в свою очередь, перекладывают ответственность на органы местного самоуправления. На практике суды г. Иркутска нередко отказывают в принятии исковых заявлений по таким делам. В соответствии с Федеральным законом «О безопасности дорожного движения» от 10.12.1995 г. обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог после ремонта и в процессе эксплуатации установленным правилам, стандартам, техническим нормам и другим нормативным документам возлагается на орган исполнительной власти, в ведении которого находятся дороги. Однако, при заключении договора между органом исполнительной власти субъекта РФ или местного самоуправления и дорожно-эксплуатационной организацией о содержании и эксплуатации дорог, данная обязанность уже возлагается на вышеупомянутую организацию. Она и будет выступать надлежащим ответчиком в случае причинения ущерба автомобилю, вызванного дефектами дорожного покрытия.

При рассмотрении вопроса о виновности в ДТП суду необходимо выяснить, не был ли вызван вред непреодолимой силой или умыслом потерпевшего.

Факт ДТП и факт причинения вреда должны быть подтверждены актами соответствующего подразделения ГИБДД: протоколом о  нарушении Правил дорожного движения, прилагаемой к нему схемой происшествия и актом осмотра.

Размер ущерба подтверждается актом осмотра, составленным инженером-экспертом, сотрудником экспертной организации, в присутствии участников ДТП, владельцев автотранспортных средств. Суду при рассмотрении дела следует удостовериться в том, что этот документ, как доказательство, содержит подписи всех участников осмотра.

При определении размера ущерба суд должен учитывать степень вины каждого из участников ДТП. Наряду с реальным ущербом может быть взыскана упущенная выгода, возникшая в результате неисполнения обязанностей по трудовому или гражданскому договору, которое, в свою очередь, стало следствием ДТП и нанесенным вредом здоровью. Так, В., выступая истцом по делу, которое рассматривалось одним из районных судов г .Иркутска, потребовал возместить ему сумму, которую он получил бы по договору оказания автотранспортных услуг, если бы не попал в аварию, после которой находился на амбулаторном лечении в течение 4-х месяцев. Суд, исследовав доказательства, удовлетворил требование.

При рассмотрении дел суду следует внимательно исследовать доказательственную базу истца. В частности, необходимо выяснить, какие из повреждений уже имелись у автомобиля на момент ДТП, а какие возникли после. Как правило, для этого истец должен представить акт осмотра автомобиля (протокол) и акт автотехнической экспертизы.

Схема происшествия не может быть взята за основу, как документ, подтверждающий механические повреждения у автомашины истца, если она не подписана ни лицом, составлявшим этот документ, ни участниками дорожно-транспортного происшествия. Так, в деле, рассматривавшемся  одним из районных судов г. Иркутска, ответчик Б., возражая на завышенные требования истца, сослался на схему ДТП, где отражены меньшие повреждения, чем в акте автотехнической экспертизы. Однако суд отклонил возражения ответчика, поскольку схема не содержала никаких подписей.

Решения иркутских судов по делам о возмещении вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в целом являются законными и обоснованными. Тем не менее, суды в ряде случаев допускают нарушения норм  процессуального права.

1. Нарушение принципа преюдициальности судебных постановлений.

Гражданским процессуальным кодексом РСФСР установлены два вида преюдиции: факты, установленные в гражданском деле, если они фигурируют в другом гражданском деле между теми же лицами (ч. 2 ст. 55 ГПК РСФСР), а также приговор по уголовному делу, определяющий гражданско-правовые последствия лица, в отношении которого состоялся приговор, по вопросам, имело ли место причинение вреда и был ли вред причинен этим вредом (ч. 3 ст. 55 ГПК РСФСР). Акты прокурорского надзора, акты государственных органов, в том числе постановления органов ГИБДД, не имеют преюдициальной силы, и оцениваются судом как доказательства наряду с другими представленными документами. Однако, в тех случаях, когда ответчик отказывается признать свою вину в ДТП, суды в ряде случаев, не исследовав или недостаточно исследовав вопрос о вине в ДТП, своими действиями подтверждают преюдициальность протоколов, что может послужить поводом к обжалованию решению.

2.   Несоблюдение процессуальной формы заочного производства

В случае неявки ответчика суд с согласия истца может рассмотреть дело в порядке заочного производства в соответствии с положениями ст. 161 ГПК РСФСР. Однако в отдельных решениях, из числа рассмотренных в районных судах г. Иркутска не отражено согласие истца на заочное производство.

3.  Несоблюдение требований к содержанию судебного решения (ст. 197 ГПК РСФСР). Около трети судебных решений районных судов г. Иркутска (из числа исследованных по данной категории дел) не содержат описательной и (или) мотивировочной части, что является существенным нарушением норм ГПК РСФСР.

4. Несоблюдение требований ст. 20 УПК РСФСР о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела. К примеру, Г. и И. были осуждены за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух человек (п. 3 ст. 264 УК РФ), так как оба были признаны виновными в совершении ДТП. При определении несоответствия действий водителей Правилам дорожного движения эксперты, проводившие автотехническую экспертизу, руководствовались данными, содержащимися в постановлении следователя о назначении автотехнической экспертизы, о том, что столкновение произошло на перекрестке равнозначных дорог. Однако из протокола осмотра места происшествия было видно, что на пересечении улиц, где произошло ДТП, установлен дорожный знак «Уступи дорогу» (п. 2.4 Правил дорожного движения). Г. ни на предварительном следствии, ни в суде виновным себя не признал и утверждал, что двигался по главной дороге.

Суд в нарушение ст. 20 УПК РСФСР не дал оценки показаниям следователя, выезжавшего на место происшествия, о том, что в данной ситуации водитель мотороллера И. должен был уступить дорогу автокрану, управляемому Г. по главной дороге. Надзорная инстанция отменила приговор и направила дело на дополнительное расследование.

5. Нарушение пределов прав надзорной инстанции.

К примеру, судом первой инстанции Ф. был осужден за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека (п. 2 ст. 264 УК РФ). Президиум Иркутского областного суда смягчил наказание Ф. в связи с тем, что последний действовал в сложных условиях, при которых произошло ДТП. Потерпевшая пересекала полосу движения, по которой двигался мотоцикл Ф. Она добежала до середины проезжей части, а затем неожиданно бросилась бежать в обратном направлении, попав под мотоцикл. Однако ссылка на это противоречит приговору суда первой инстанции, согласно которому причиной происшествия явилось грубое нарушение Ф. скоростного режима в зоне действия запрещающего знака, где произошло дорожно-транспортное происшествие, и п. 11.1 Правил дорожного движения.

В соответствии со ст. 380 УПК РСФСР суд, рассматривающий дело в порядке надзора, не вправе устанавливать или считать доказанным факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им. Таким образом, постановление президиума областного суда в части снижения осужденному меры наказания по п. 3 ст. 264 УК РФ отменено, а ранее вынесенные по делу решения оставлены без изменения.