Обзоры практики

Обзор

по результатам обобщения и анализа практики рассмотрения судами общей юрисдикции г. Иркутска дел, о компенсации морального вреда

 

Анализируя применение судами законодательства, связанного с компенсацией морального вреда, можно выделить одну из наиболее важных на сегодняшний день проблем: ч. 1 ст. 50 ГПК РСФСР предусматривает, что каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Для доказывания факта причинения вреда в гражданском законодательстве особых правил не установлено, значит согласно ст. 50 ГПК РСФСР данный принцип должен применяться судами в полном объеме. Таким образом, по делам о возмещении морального вреда потерпевший должен доказать факт причинения ему морального вреда. Если считать, что средствами доказывания в соответствии со ст. 49 ГПК РСФСР являются объяснения сторон, третьих лиц, показания свидетелей, письменные доказательства, вещественные доказательства, заключение эксперта, то доказательством причинения истцу морального вреда чаще всего являются объяснения самого истца. Кроме того, доказательствами могут служить показания свидетелей, заключение эксперта. Таким образом, суд в своих решениях должен ссылаться на доказательства, подтверждающие факт причинения лицу морального вреда. Однако, проводя обзор практики рассмотрения дел о компенсации морального вреда, можно сделать вывод, что суды редко ссылаются на конкретные доказательства, подтверждающие факт причинения гражданину морального вреда. Чаще суды применяют презумпцию морального вреда, то есть считают достаточным установить факт совершения неправомерного действия. На это обстоятельство не раз обращали внимание процессуалисты, в частности, Эрделевский А.М.[1] указывает, что суды фактически применяют презумпцию морального вреда. Установив факт совершения неправомерного действия, они предполагают моральный вред причиненным, и далее рассматривают вопрос о размере его возмещения в денежной форме. Думается, следует согласиться с мнением, что это недопустимо, поскольку совершение неправомерного действия в отношении конкретного лица еще не означает то, что данному лицу был причинен моральный вред. Для развернутого объяснения этого положения раскроем понятие категории «моральный вред».

Большинство правоведов (Малеина М.Н., Жуйков В., Эрделевский А.М. и другие) придерживаются той точки зрения, что причинение лицу морального вреда представляет собой нарушение «психического благополучия» лица. В ст. 151 ГК РФ моральный вред определяется как «физические или нравственные страдания» лица. Очевидно, что законодатель применяет слово «страдания» как ключевое в определении морального вреда. Это представляется вполне обоснованным. Термин «страдание» с необходимостью предопределяет, что действия причинителя морального вреда обязательно должны найти отражение в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом вредоносные изменения в охраняемых благах находят отражение в сознании в форме ощущений (физические страдания) и представлений (нравственные страдания). Наиболее близким к понятию «нравственные страдания» следует считать понятие «переживания». Содержанием переживаний может являться страх, стыд, унижение, иное неблагоприятное в психологическом аспекте состояние. Согласно праву Великобритании всех штатов США, аналогом морального вреда в смысле ст. 131 Основ является «психологический вред» (psychological damage), который определяется как «физические и психические страдания» (physical and mental sufferings), причем под психическими страданиями англо-американская практика понимает негативные эмоциональные реакции (emotional reactions). В этой связи думается, что понятия «физический вред» и «физические страдания» не совпадают по своему содержанию. Более того, физические страдания полностью охватываются понятием «моральный вред». В целях достижения терминологической и правовой корректности необходимо ввести понятие «телесный вред», исключив из юридической терминологии понятие «физический вред» и понимая под телесным вредом любые негативные изменения в телесной сфере человека. Установление четкой терминологии представляется очень важным для правильного разграничения отдельных видов вреда и их последующего возмещения. Физический (телесный) вред – это вред материальный и вместе с тем неимущественный. Вредоносные изменения происходят в телесной (то есть материальной) сфере потерпевшего под влиянием определенных внешних воздействий. Эти изменения в телесной сфере приводят или могут привести к негативным изменениям в психической сфере и (или) в имущественной сфере личности. Негативные изменения в психической сфере могут выражаться в особого рода страданиях (моральный вред), а негативные изменения в имущественной сфере – в расходах, связанных с коррекцией или функциональной компенсацией телесных недостатков, и утрате дохода  (имущественный вред). Таким образом, любой телесный вред в целях его возмещения распадается на моральный и имущественный вред. Собственно говоря, к такому же выводу приводит и анализ ст. ст. 12 и 15 ГК РФ. В ст. 12 отсутствует такой способ защиты гражданских прав как «возмещение вреда», но указан способ «возмещение убытков». Текст ст. 15 позволяет сделать вывод, что термин «убытки» применим к случаям как договорных, так и деликтных обязательств: под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Такое понимание убытков применимо в целях его возмещения при причинении как телесного, так и имущественного вреда.

Например, если гражданин лишился ноги в результате дорожно-транспортного происшествия, то причиненный ему телесный вред выразился в утрате ноги. Этот телесный вред вызывает физические страдания в момент причинения увечья, в процессе заживления раны, в последующих болевых ощущениях. Одновременно осознание своей ущербности, неполноценности, невозможности вести полноценную прежнюю жизнь, утрата прежней работы заставляют его испытывать переживания, то есть претерпевать нравственные страдания. Нравственные и физические страдания составляют моральный вред, который при наличии других необходимых условий должен быть  в соответствии со ст. ст. 151 и 1101 ГК  РФ компенсирован в денежной форме.

Таким образом, если человек не страдал и не переживал, то моральный вред ему и не был причинен. К примеру, если гражданин попал в автомобильную аварию, и на капоте его автомобиля осталось небольшое повреждение, то можно предположить множество вариантов последствий. Рассмотрим только два. Первый – у данного лица в гараже стоит еще две машины: одна «Мерседес» и вторая – «Диамант», да и денег у него предостаточно, так что эта вмятина на капоте «Девятки» его нисколько не огорчила. Он забыл про нее через час. А вот другая ситуация: данный гражданин десять лет копил на данный автомобиль и купил его месяц назад. Конечно, он будет переживать по поводу данной аварии, вспоминать о том, какая красивая у него была машина до аварии, как машина нравилась его семье, будет думать о последствиях. А если причинитель вреда не возмещает ему материальный ущерб, то его переживания будут продолжаться долгое время. Думается, о наличии морального вреда можно говорить только лишь во втором случае.

Приведем пример из практики Кировского суда г. Иркутска: 6 октября 2000 г. по иску о возмещении ущерба и компенсации морального вреда этим судом было вынесено решение. Фабула дела такова: истица обратилась в суд с иском, в котором указала, что 9 июля 1998 г. она обратилась к автономной некоммерческой организации «Центр экспериментальной стоматологии» с просьбой запломбировать зуб № 7 в зубной системе. Врач О. осуществила подготовку зуба к пломбировке: произвела осмотр, вскрыла полость, поставила анастезию. 11 июля 1998 г. на зуб № 7 была поставлена пломба, и все зубы были почищены абразивной пастой. И сразу возникла боль в деснах и они закровоточили. Впоследствии, когда не помогло консервативное лечение, хирургом были удалены два зуба. По мнению суда, в нарушение ст. 732 ГК РФ истице не была предоставлена необходимая и достоверная информация о предлагаемой услуге по лечению зубов, ее видах и особенностях. В соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю и понесенные убытки вследствие нарушения продавцом прав потребителя, подлежат компенсации при наличии его вины. Размер компенсации определяется судом независимо от возмещения имущественного вред. Суд полагал, что в действиях ответчика имеется вина, поскольку истице не была предоставлена полная информация  и с учетом индивидуальных особенностей истца и степени страданий, как физических, так и нравственных, степени вины причинителя вреда, по мнению суда, размер денежной компенсации может быть определен в размере 1000 руб.

Таким образом,  суд указал на норму закона, согласно которой может быть возмещен моральный вред, однако не указал, что истцу причинен моральный вред, выражающийся в физических и нравственных страданиях. В решении не говорится о том, какими доказательствами суд руководствовался и на каком основании сделал вывод о наличии морального вреда. Следовательно, причинение морального вреда презюмировалось.

Рассмотрим другое дело, рассмотренное Кировским районным судом 23 февраля 2001 г по иску Г.Е., выступающей в собственных интересах и в интересах несовершеннолетнего Г. о компенсации морального вреда. В исковом заявлении Г. указывает, что 17 июля 2000 г. Б., 1989 года рождения, бросил обломком кирпича, который попал в ее сына Г. 1994 года рождения. Была вызвана машина «Скорой помощи», сына отвезли в травмпункт. Были сделаны рентгеноснимки. Рекомендовано лечение по месту жительства. По делу установлено, что родители Б. не осуществляли надлежащий надзор за сыном, вследствие чего он причинил вред Г., который претерпел физические и нравственные страдания. Суд, учитывая материальное положение Б., взыскал компенсацию морального вреда, но в сниженном размере.

В указанном решении  также следовало указать доказательства, на основании которых суд сделал вывод о причинении морального вреда. Необходимо было сделать ссылку на показания потерпевшего и его матери в обоснование причинения морального вреда. Из решения неясно, было ли заключение медицинского эксперта, подтвержден ли факт причинения физических и нравственных страданий данными из медицинской карты. Кроме того, суд сделал категоричный вывод о том, что были причинены физические и нравственные страдания. Думается, что эти две категории нужно разделять, поскольку причинение физических страданий не обязательно предполагает причинение нравственных страданий. В данном случае неизвестно, испытал ли мальчик «нравственные страдания», переживал ли он по поводу того, что в него бросили обломком кирпича.

Думается, Пленуму Верховного Суда РФ следует издать Постановление, в котором необходимо четко разграничить понятия «нравственные страдания» и «физические страдания» и дать им определения. Следует выработать единую судебную практику и решить, всегда ли физические страдания влекут причинение «нравственных страданий».

Рассмотрим еще один пример из практики Кировского районного суда г. Иркутска, по которому решение было вынесено 1 февраля 2000 г. Суд рассматривал дело по иску о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП. Как установил суд, 24 октября 1998 г. около 20 часов К.,  управляя а/м  ГАЗ 31029, допустил наезд на жену Ш., которая от полученных телесных повреждений скончалась. Истец просил суд взыскать в счет компенсации материального ущерба, в счет компенсации морального вреда сумму в размере 50 000 руб. В судебном заседании истец свои исковые требования поддержал, суду объяснил, что проживал с женой с 26 октября 1965 г., очень ее любил, сейчас проживает один и очень скучает по жене, самому близкому человеку. После ее смерти до сих пор не может успокоиться и поверить, что  ее нет, до сих пор переносит страдания и переживания. В объяснениях истца имеются сведения, подтверждающие причинение ему нравственных страданий. Однако в мотивировочной части решения не указано, считает ли суд, что объяснения Ш. есть доказательство этого. Эту часть суд изложил следующим образом: учитывая то обстоятельство, что истцу были причинены нравственные страдания, суд, принимая во внимание требования разумности и справедливости считает возможным исковые требования Ш., в части компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскав с К. сумму в размере 30 000 руб. Таким образом, суд презюмировал причинение Ш. морального вреда, выразившегося в «нравственных страданиях», поскольку  указал, что факт причинения Ш. нравственных страданий установлен, но о доказательствах, на которых основаны выводы суда, в мотивировочной части решения не указал.

Помимо того, что суды не имеют единообразной практики по разграничению видов морального вреда – «нравственные страдания» или «физические страдания» нужно обратить внимание и на то, что в ряде случаев суды, разрешая вопрос о компенсации морального вреда, в своих решениях не указывают, какого рода страдания причинены истцу и в ряде случаев вообще не говорят о том, что истцу причинен моральный вред. Приведем в пример решение одного из районных судов г. Иркутска, вынесенное 12 июля 2000 г. по иску о расторжении договора купли-продажи, возмещении убытков и компенсации морального вреда: истица обратилась в суд с иском, в котором указала, что 30 мая 1998 г. она приобрела у ответчика видеомагнитофон «Панасоник». В процессе использования в нем выявились недостатки, препятствующие его использованию. Данный видеомагнитофон был заменен 28 января 1999 г. На видеомагнитофоне имелись пломбы. Однако в данном товаре вновь стали проявляться те же самые недостатки. Видеомагнитофон несколько раз сдавался в гарантийный ремонт, однако, дефекты устранены не были, видеомагнитофон испортил 25 видеокассет. 1 апреля 1999 г. в адрес ответчика была направлена претензия, которая осталась без ответа. Истица просила расторгнуть договор купли-продажи и  компенсировать моральный вред в размере 1 500 руб.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения продавцом прав потребителя, подлежит компенсации при наличии его вины. Размер компенсации определяется судом независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных убытков. Суд сделал вывод, что в действиях ответчика имелась вина, и с учетом индивидуальных особенностей истца суд определил денежную компенсацию в размере 1 500 рублей. При этом в мотивировочной части данного решения ни слова не было сказано о причинении истцу страданий (морального вреда) и не была указана норма закона, на основании которой взыскана компенсация морального вреда.

Такая же ситуация во многих других решениях, выносимых районными судами г. Иркутска, к примеру в решении, вынесенном Кировским районным судом г. Иркутска 24 ноября 2000 г. по иску к ОВО при ОВД администрации Кировского административного округа г. Иркутска о возмещении убытков и компенсации морального вреда. Истица обратилась в суд с иском, в котором указала, что между нею и ответчиком 6 июля 1998 г. был заключен договор № 914 на централизованную охрану квартиры с личным имуществом. 21 июля 1999 г. ею была сдана под охрану квартира, с находящимся в ней личным имуществом. В период с 13.00 до 17.00 часов в квартиру, находящуюся под охраной, проникли посторонние лица и совершили кражу личных вещей на общую сумму 45 000 рублей. По данному факту было возбуждено уголовное дело в СО Кировского РОВД г. Иркутска, которое находилось в стадии расследования. Поскольку ответчик ненадлежащим образом исполнил обязательства и не принял мер к задержанию проникших в квартиру посторонних лиц, истица просила взыскать причиненные ей убытки в размере 45 000 рублей и моральный вред в размере 10 000 рублей. Суд исковые требования удовлетворил частично, взыскав с ОВО при ОВД в пользу Р. в возмещение убытков 2 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, всего 4 000 рублей.

Таким образом, сложилась такая практика, что суды не всегда указывают вид страданий, причиненных истцу. Ряд судей  отождествляют два понятия – «нравственные страдания» и «физические страдания». Практически никогда суды не указывают на доказательства, на основании которых делают вывод о наличии морального вреда. Фактически применяется презумпция морального вреда, хотя это не следует из российского законодательства. Судам необходимо руководствоваться нормами ГПК РСФСР, а также Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 г., где сказано, что «суду необходимо  выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействиями) они нанесены, степень вины причинителя вреда, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим».



[1] Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда. - М., 1996.