Обзоры практики

И.З. Зелент - Уполномоченный по правам человека

в Иркутской области

 

Материалы  ежегодного доклада Уполномоченного по правам человека в Иркутской области

«О положении в сфере соблюдения прав и свобод человека и гражданина в Иркутской области в 2010 году»

 

Введение

         Для граждан Российской Федерации 2010 год запомнился как год принятия ряда важных экономических и политических решений, охватывающих все сферы жизни и деятельности россиян. Вывод страны из финансового кризиса, переориентация развития экономики на основе научно-технического прогресса, реформирование правоохранительной системы, просвещения и ряда других направлений серьезно сказались на взаимоотношении граждан и государства, власти и общества.

        24 декабря президент страны Д.А. Медведев в прямом эфире трех ведущих телеканалов России подвел итоги уходящего 2010 года. Глава государства, отвечая на вопросы по событиям в стране и ее внутриполитической жизни, обратил внимание на необходимость возврата таких забытых процедур прямой демократии, как, например, диалога власти с общественностью. Президент отметил, что власть должна слышать людей, а именно: «…сегодня любой политик, кем бы он ни был – президентом или сельским старостой, – должен обязательно смотреть за общественным мнением, получать информацию и непосредственно общаясь с людьми, и через всякого рода электронные возможности…».

           При этом Дмитрий Анатольевич особо указал, «что Россия больна пренебрежением к праву. И это сложилось не сейчас, не при советской власти – это сложилось ещё много веков назад. Так было устроено наше общество, что веры в закон, в суд особой не было никогда. А, наоборот, вера была только во что: только в хорошего царя и в силу. Это неправильно. Мы должны сделать всё, чтобы поднять авторитет закона, чтобы люди соблюдали закон не из-за страха, а потому что неприлично его нарушать …».

         По Конституции Российской Федерации, Россия провозгласила себя как демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления и заявила, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав человека и гражданина – обязанность государства». Конечно, мы еще далеки от тех принципов, заложенных в Конституции РФ, но задача всех госслужащих, независимо от места работы или службы, своими делами, личным примером способствовать внедрению их в повседневную жизнь, увлекая в этот процесс всех граждан России.

           Не буду скрывать, наши люди связывали в большинстве своем появление института государственной защиты прав граждан, как инстанции, которая защитит и восстановит нарушенные права и свободы. Граждане шли и идут к Уполномоченному по правам человека со всеми своими бедами и горестями и верят, что он наделен полномочиями и имеет возможность все решить по справедливости и сразу. Уполномоченному и его аппарату приходится очень строго придерживаться принципа приемлемости обращений и в каждом конкретном случае разъяснять гражданам возможности самостоятельной защиты своих прав и свобод.

            Данное обстоятельство, конечно, вызывает разочарование у наших граждан, но заставляет их знать и ценить свои права и свободы. Главное, убедить людей, что в Иркутской области, как в целом по России, возрастает роль гражданского общества, а также пересматривается стиль, форма и методы работы административных органов и судебной власти. Однако процент необоснованных обращений по-прежнему остается высоким. Вместе с тем приобретено бесценное: в Уполномоченного по правам человека поверили люди, они идут не только со своими проблемами, но и приходят для выражения своей благодарности. Представляя настоящий доклад, можно констатировать, что институт государственной защиты прав человека в Иркутской области состоялся. А ежегодный рост показателя обращений граждан к Уполномоченному по правам человека свидетельствует о том, что институт государственной защиты прав и свобод граждан необходим, поскольку ситуация с соблюдением прав и свобод человека на территории Иркутской области остается еще достаточно сложной.

 

Обращения граждан и статистика

         С самого начала своей деятельности институт Уполномоченного по правам человека в Иркутской области соблюдал и продолжает соблюдать в своей работе принцип открытости и доступности для любого человека. Перечень способов, с помощью которых можно обратиться к Уполномоченному, весьма обширен. Большую долю по-прежнему занимают письменные и устные обращения граждан, хотя за последний год увеличивается поступление электронных обращений. Так, в 2010 году в адрес Уполномоченного поступило 1 284 обращения, из них письменных обращений – 861, в том числе коллективных – 80. В числе письменных – 106 обращений, которые поступили по электронной почте через сайт Уполномоченного или на электронные почтовые ящики сотрудников его аппарата.

             В основном граждане обжаловали действия органов исполнительной власти области, таких обращений 370, большая часть жалоб на администрации муниципальных образований – 257, из них 137 – это жалобы на действия администрации г. Иркутска. От граждан, недовольных работой министерств области, поступило 56 жалоб, возмущены действиями других органов исполнительной власти в 57 обращениях.

На втором месте жалобы на действия правоохранительных органов, таких обращений 365, из них на действия ОВД – 118, ГУФСИН РФ по ИО – 68, УФССП – 13. Необходимо отметить, что продолжилась тенденция 2009 года по росту обращений, в которых граждане жалуются и обжалуют действия прокуратуры – 100 (2009 г. – 69) и судебных органов власти – 156 (2009 г. – 100).

            По тематике обращений чаще всего жители области жалуются на нарушение своих жилищных прав – 354 обращения, что составляет 25,2% от общего числа обращений граждан. Среди вопросов жилищно-коммунального законодательства и оказания жилищно-коммунальных услуг на первом месте – переселенцев из ветхого и аварийного жилья, предоставление жилья ветеранам ВОВ и переселенцам из районов Крайнего Севера. 112 обращений (8%) связано с обжалованием действий (бездействия) должностных лиц, и почти половина из них – на действия муниципальных служащих.

             Далее идут вопросы социальной защиты и социального обеспечения – 93 обращения (6,6%). Граждан продолжают волновать нарушения их прав в вопросах предоставления льгот, назначения и выплаты пенсий, установления и пересмотра инвалидности и др.

По-прежнему много обращений к Уполномоченному по вопросам нарушения трудовых прав граждан – 88 обращений, или 6,3%, главным образом это жалобы на невыплату заработной платы и увольнение.

58 обращений к Уполномоченному касались нарушений прав детей. Также граждане жаловались на нарушения их прав в сфере здравоохранения и медицинского обслуживания (24 жалобы), землепользования (26 обращений) и т. д.

36,4% всех поступивших обращений – это жалобы на правоохранительные и судебные органы, из них:

• на деятельность сотрудников милиции 114 обращений (8,2%).Обжалуются действия, бездействие и отказ в возбуждении дела, есть жалобы на жестокое обращение сотрудниками ОВД и т. д.;

• в 75 обращениях граждане посчитали свои права ущемленными сотрудниками прокуратуры (5,3%);

• в 167 обращениях – судьями (11,9%). Жалобы по обжалованию судебных постановлений по уголовным, гражданским и административным делам.

• в 104 – работниками ГУФСИН (7,4%);

• в 30 обращениях – на органы Миграционной службы (2,2%);

• 9 по работе службы судебных приставов (0,6%);

• в 6 обращениях жалобы на налоговые органы и таможни (0,4%);

• 5 жалоб на работу адвокатов (0,4%).

Прежде чем обратиться за восстановлением своих прав к Уполномоченному, жители области обращались в различные структуры:

• международные органы – 9;

• в федеральные государственные структуры – 157;

• в территориальные структуры федеральных органов власти жители области обращались 588 раз;

• в органы государственной власти области – 330;

• в органы местного самоуправления – 352;

• в другие структуры – 215.

          В целом география обращений граждан к Уполномоченному в разрезе муниципальных образований в истекшем году сохраняет тенденции 2009 года. По-прежнему более активны, исходя из общего количества поступивших обращений, жители областного центра u8211 – города Иркутска, всего 638 обращений (49,7%).

Статистически более верным является подсчет активности заявителей в зависимости от количества населения в муниципальных образованиях. Если подсчитать количество обращений в расчете на 10 000 жителей, то картина меняется, хотя больше всего вопросов, связанных с правами человека, было по-прежнему от жителей областного центра – 11,01 на 10 тыс. человек населения. На втором месте МО: г. Свирск – 10,5, г. Тулун – 5,92, Жигаловский район – 4,98, Ангарское – 4,74, Иркутский р-н – 4,5, Заларинский р-н – 4,38, Балаганский р-н – 4,14 и т. д.

В части гендерного состава заявителей паритет 2009 года сохранился, однако сохранилась тенденция к увеличению пропорциональной величины обращений мужчин. По-прежнему чаще всего обращаются к Уполномоченному женщины, а в категории заявителей, обозначивших свой социальный статус, первенство от пенсионеров перешло к подследственным и осужденным.

          Необходимо отметить, что в некоторых обращениях заявители указывали два и более факта нарушения их прав, поэтому статистика свидетельствует, что в тематическом плане поступило 1 404 обращения.  На окончание отчетного периода 178 обращений находились на рассмотрении Уполномоченного. Эти обращения изучаются и выясняются в части их обоснованности посредством направления запросов в компетентные органы для получения информации с целью проведения анализа и правовой оценки по изложенным доводам и обстоятельствам.

         Часть обращений – 341 рассмотрены Уполномоченным и направлены по подведомственности в компетентные органы на рассмотрение по существу, о чем проинформированы заявители. Отклонены по причине их несоответствия установленным законом функциям Уполномоченного 32 жалобы, а 39 обращений не несли никаких просьб.

           По итогам рассмотрения признаны обоснованными и отнесены к компетенции Уполномоченного - 814 обращений, а в 2009 году таковыми были признаны 303 обращения. Значительный рост показателя обоснованных жалоб является следствием разъяснительной работы среди заявителей о компетенции Уполномоченного, о необходимости соблюдения установленных процедур до обращения к Уполномоченному. В 2010 году по 631 жалобе даны консультации-разъяснения заявителям о формах и методах их дальнейших действий по восстановлению своих прав и свобод. Уполномоченным полностью и частично восстановлены права граждан по 42 обращениям. По 141 жалобе продолжается работа по восстановлению прав заявителей, и как показывает практика, это может длиться годами. Еженедельно (с понедельника по четверг), по предварительной записи, организован личный прием Уполномоченного и сотрудников аппарата.                

            Прием граждан по правовым вопросам, приехавших с периферии области, проводится безотлагательно. В ходе личного приема посетителям оказывалась максимальная помощь: давалась квалифицированная бесплатная юридическая консультация, оказывалась психологическая поддержка. Каждый желающий мог получить устную консультацию у юристов аппарата, в случае сложных вопросов, требующих рассмотрения документов, было рекомендовано обратиться письменно. Продолжалась практика выездных приемов граждан, когда Уполномоченный с сотрудниками аппарата прибывал в различные районы области и там лично принимал граждан. В 2010 году такие выездные приемы состоялись в 7 районах области.

           Обращения граждан по телефону документально не фиксировались и соответственно не нашли своего отражения в статистике. По сложившейся практике рассмотрений такого рода обращений, заявителям обязательно давались оперативные разъяснения по их действиям либо граждане получали консультацию. Исходя из сложившейся ситуации у заявителя и тематики его обращения, гражданин также записывался на личный прием к Уполномоченному или к сотрудникам его аппарата, либо ему давалась рекомендация по направлению письменного обращения. В необходимых случаях Уполномоченный и сотрудники аппарата осуществляли выезд на место для встреч и бесед с заявителями.

            За отчетный период Уполномоченный и сотрудники его аппарата посетили 25 учреждений u1087 принудительного содержания (ИВС – 8 раз, СИЗО – 11 раз), учреждения ФСИН – 6 ИУ, учреждения судебного департамента - 5 судов, 12 МОУ СОШ, 3 Дома ребенка, 3 Дома-интерната для престарелых и инвалидов (общего типа), 1 раз – специальное учебно-воспитательное учреждение для детей и подростков с девиантным поведением, 3 летних оздоровительных лагеря, 2 раза спецприемник, 2 раза Ангарский ювенальный суд.

            За прошедший год Уполномоченный побывал в 13 территориях области и в процессе своей работы постоянно находится во взаимодействии с различными ведомствами и организациями. За 2010 год в различные организации было направлено 710 запросов. Активное общение с гражданами велось на сайте Уполномоченного: http://ombudsvan.r38.ru. Здесь действует специальная рубрика «Вопрос-ответ», благодаря которой посетители сайта могут задать свой вопрос Уполномоченному, получить юридическую или практическую консультацию. Такие обращения очень сложно рассматривать, так как заявители не могут подтвердить документально нарушение своих прав органами государственной власти, местного самоуправления и их должностными лицами.

         В целом статистика свидетельствует о том, что в Иркутской области за время работы института государственной защиты граждан основные проблемные вопросы, волнующие население, остаются прежними и пока не теряют своей актуальности.

 

О соблюдении жилищных прав

 

      Как следует из статистических данных, наблюдается тенденция роста обращений граждан к Уполномоченному по жилищным вопросам (354 в 2010 году по сравнению с 313 в 2009 году). Темы обращений весьма обширны: это и переселение из ветхого и аварийного жилья граждан, являющихся собственниками жилого помещения; вопросы содержания жилья и оплата коммунальных услуг; вопросы соблюдения жилищных прав граждан, проживающих в домах рядом с вновь возводимыми объектами строительства; возможности реализации права на жилье для лиц, оказавшихся в трудной жизненной ситуации и др.

        Учитывая, что в течение 2009-2010 годов в адрес Уполномоченного поступило значительное количество обращений граждан с жалобами на нарушение их прав при переселении из ветхого и аварийного жилищного фонда. Анализ ситуации показал, что проблема носит системный характер, затрагивает права тысяч жителей Иркутской области, в связи с чем Уполномоченным был подготовлен специальный доклад «О проблемах соблюдения прав граждан Иркутской области при переселении из ветхого и аварийного жилья».

         Из ряда обращений граждан усматривается непростая ситуация, в которую попадают жители домов, в непосредственной близости к которым ведется строительство новых объектов.

Жительница г. Иркутска К. в своем обращении указала, что с июня 2008 г. между улицами Донская и Цимлянская в областном центре велась точечная застройка серии жилых домов: 4 блок-секции 8–9-этажных зданий. Все полтора года строительство велось целыми сутками. Жильцов трясло от тяжелой техники, долбежки земли в зимнее время. Постоянный шум, запах выхлопных газов, мазута, солярки. Все это создавало неудобства для жильцов дома. В результате таких воздействий в квартире произошло следующее: плиты перекрытия на потолке во всех комнатах лопнули по диагонали пополам; боковая панель на стыке с потолочной плитой дала трещину; панель оконная дала трещину под рамой. Заявительница и ее муж являются инвалидами. Их обращения в различные инстанции о понуждении застройщика привести квартиру в надлежащее состояние не возымели успеха. В частности, застройщик ОАО «Сибавиастрой» сообщил, что их вины в причинении вреда имуществу заявителей нет, поскольку у них имеются все разрешительные документы, а проведение строительных работ осуществляется под надзором контролирующих организаций. Прокуратура Октябрьского района г. Иркутска отказала в подготовке иска в суд, ссылаясь на отсутствие денежных средств для проведения экспертизы.

       В градостроительном законодательстве отсутствует норма, обязывающая организацию-застройщика на стадии проектирования при точечной застройке выявлять факторы негативного влияния строительных работ на расположенные рядом объекты, а также регламентирующая порядок разрешения возникающих разногласий.

          Не секрет, что нашедшая широкое применение в областном центре «точечная застройка» не только ведет к созданию архитектурного хаоса в городе, но влечет нарушение прав граждан, которые в силу объективных причин весьма и весьма сложно поддаются восстановлению. О том, какое влияние на соблюдение права жителей области на благоприятную окружающую среду оказывает точечная застройка, было сказано Уполномоченным в специальном докладе «Право граждан на благоприятную окружающую среду: социально-экономические последствия уплотнительной (точечной) застройки жилых массивов», направленном им в 2008 году в Законодательное собрание Иркутской области. Но, к сожалению, и этот насущный вопрос не нашел ответной реакции со стороны представительного органа.

            В почте Уполномоченного нередко встречаются обращения, в которых граждане поднимают вопрос о ненадлежащем содержании жилья.

Так, жильцы двухэтажного деревянного дома № 64 по ул. Депутатская в г. Иркутске жаловались на отсутствие в муниципальных квартирах надлежащего отопления (температура воздуха в квартирах в холодное время при условии постоянного обогрева электроприборами не превышает 16 градусов). Из-за ветхости труб u1086 отопления и водоснабжения, еженедельных аварий и прорыва труб, которые расположены под полами квартиры № 2, в квартире постоянная сырость, плесень, грибок, что отражается на здоровье жильцов.

Дом построен в 1953 году, благоустроен в 1976 году: убрали печи, под полами первого этажа провели трубы отопления и канализации. За 57 лет капитальный ремонт дома не проводился. Из-за постоянных аварий отопительной системы под полами накапливается влага. Полностью сгнили стены дома и оконные блоки и полы, в квартирах сырость и плесень. Из-за неудовлетворительного состояния системы отопления на трубопроводах системы отопления установлены многочисленные хомуты (5-7 хомутов на одном метре трубы), плюс начинающиеся свищи, практически сгнили полы. При этом оплата за квартиру в месяц составляет 3 980 рублей. В управляющей компании жильцам заявляют, что расходы на содержание жилого дома весьма высоки. Однако при этом ими никаких действий по улучшению предоставляемых услуг не осуществляется.

        Усмотрев в данной ситуации невыполнение наймодателем своих обязанностей по осуществлению надлежащего участия в содержании общего имущества в многоквартирном доме, проведении капитального ремонта и предоставлении коммунальных услуг надлежащего качества, что явилось причиной нарушения прав граждан, Уполномоченным было предложено администрации г. Иркутска предусмотреть мероприятия по восстановлению нарушенных прав граждан. Из ответа администрации г. Иркутска следует, что заявителям был произведен перерасчет оплаты за непредставление услуг надлежащего качества. Относительно необходимости проведения капитального ремонта администрация пояснила, что в многоквартирном доме, расположенном по адресу: ул. Депутатская, 64, в 2010 году планируется за счет бюджета города выполнить капитальный ремонт кровли и фасада.

         Действительно, указанные работы включены в план мероприятий по капитальному ремонту многоквартирных домов на 2010 г. «Комплексной муниципальной целевой программы капитального ремонта объектов u1078 жилья и объектов социальной сферы в г. Иркутске на 2009-2012 годы». Однако выполнением только этого объема работ нарушенные права граждан не будут восстановлены в полном объеме. К сожалению, проведение капитального ремонта инженерного оборудования в этом жилом доме, который мог бы разрешить часть имеющихся проблем, не предусмотрен ни в 2010-м, ни в 2011 годах. Понятно, что средства бюджета г. Иркутска ограничены, не секрет, что очень многие объекты жилищного фонда нуждаются в проведении капитального ремонта. Тогда почему власти пытаются разрешить эту проблему методом «латания дыр»? На наш взгляд, такой подход влечет только дополнительный расход бюджетных средств и не направлен на постепенное, но действительное приведение жилищного фонда в надлежащее состояние, что, в конечном счете, приведет к обеспечению условий для осуществления гражданами права на жилище.

           Были в истекшем году на рассмотрении Уполномоченного жалобы граждан, попытавшихся самостоятельно решить свою жилищную проблему. Речь идет о проявившей себя повсеместно проблеме «обманутых дольщиков». В обращениях граждан описывается примерно одинаковая хронология событий. Люди берут кредит в банке на строительство жилья, потом заключают договор с застройщиком, а через некоторое время оказывается, что он не в состоянии выполнить свои обязательства. В результате дольщики и их семьи остаются без жилья, с серьезными долгами, а самое главное – один на один со своими проблемами.

         Учитывая, что в данной ситуации были затронуты права многих тысяч граждан, Уполномоченный обратился в адрес губернатора и Законодательного собрания Иркутской области с заявлением о необходимости защиты прав граждан, являющихся участниками долевого строительства и пострадавшими в результате действий недобросовестных застройщиков. Была высказана просьба о поручении Правительству Иркутской области на основе анализа опыта других субъектов Российской Федерации разработать и организовать принятие в установленном порядке пакета нормативных правовых актов, а также обеспечить оперативное информирование граждан о принимаемых мерах.

          Отрадно, что в настоящее время разрабатывается законопроект, реализация которого направлена на защиту данной категории граждан Иркутской области. В нашем регионе действует Закон Иркутской области № 117-оз от 10.12.2007 г. «О порядке и условиях предоставления в Иркутской области жилых помещений для социальной защиты отдельных категорий граждан». Этим законом предусмотрено, что в специальной социальной защите нуждаются в том числе и граждане, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации. Исходя из результатов рассмотрения обращений данной категории граждан, необходимо отметить следующее. Несмотря на то, что эти граждане относятся к самой слабо защищенной группе населения, получить реальную государственную помощь и поддержку для них крайне затруднительно. Причин тому множество. Однако, на наш взгляд, оставлять данную проблему без должного внимания со стороны государственных органов власти области – бесчеловечно.

           Особенно острой проблемой остается практика реализации мер социальной поддержки детей-сирот со стороны государства. В Иркутской области по состоянию на 1 января 2011 года зарегистрировано 22 915 детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, что составляет 4% от общей численности несовершеннолетних, проживающих в области. Самой сложной проблемой детей-сирот является реализация их жилищных прав. К Уполномоченному за помощью и разъяснениями законодательства в части обеспечения жильем детей-сирот в 2010 году обратились 24 человека. Необходимо отметить, что в июне 2010 года Законодательным собранием Иркутской области принят пакет законодательных актов, регламентирующих вопросы, связанные с реализацией на территории области дополнительной гарантии права детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (далее – дети-сироты), на обеспечение жилыми помещениями Численность u1076 детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не имеющих закрепленного жилья и состоящих на регистрационном учете в муниципальных образованиях области составляет 12 922 человека. В том числе 5 149 человек – это дети-сироты, дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа, которые уже приобрели право на обеспечение жилыми помещениями. Для обеспечения их жильем необходимо 2,4 млрд рублей без учета расходов, необходимых на осуществление органами местного самоуправления областных государственных полномочий по приобретению жилья.

          Ежегодно количество детей данной категории увеличивается на 500-600 человек. Время их ожидания в льготной очереди растягивается на длительный срок. В областном бюджете на 2010 год было предусмотрено 100 млн. рублей, что позволило принять и начать реализовывать Закон Иркутской области от 22 июня 2010 г. № 50-оз «О дополнительных гарантиях прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на жилое помещение в Иркутской области». Были получены дополнительные финансовые средства из федерального бюджета на обеспечение жилыми помещениями детей - сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, в размере 87 863 тыс. рублей. Это, безусловно, отрадно, учитывая, что в предыдущие годы средств на эти цели практически не выделялось, тем не менее, стоит заметить, что если такими темпами будет разрешаться проблема жилья для детей-сирот, то последний человек из этого списка получит жилье через 40 с лишним лет. Это при условии, что детей-сирот не станет больше.

          На 2010 год муниципальные образования предоставили заявки для приобретения 260 жилых помещений. По состоянию на 31 декабря 2010 года приобретено 251 жилое помещение для детей-сирот, нуждающихся в улучшении жилищных условий. Вызывает недоумение, почему муниципальными образованиями представлены заявки для приобретения 260 жилых помещений, если в Иркутской области 5 149 детей-сирот, которые уже приобрели право на обеспечение жилыми помещениями. К сожалению, выделенные на обеспечение жилыми помещениями средства не освоены в полном объеме. И если 27 млн. рублей из областного бюджета муниципальным образованиям разрешено использовать в 2011 году, то более 4 млн. рублей федеральных средств возвращены в федеральный бюджет.

             Объясняя причины низкого исполнения полномочий по реализации закона, муниципалитеты указали на следующее: отсутствие жилья, несоответствие жилья установленным требованиям, долгая процедура регистрации собственности на жилое помещение. С проблемой отсутствия рынка жилья, как оказалось, столкнулись многие муниципалитеты; особенно она, конечно, коснулась небольших городков и деревень. Кроме того, заложенная в Законе Иркутской области от 22 июня 2010 г. № 50-оз «О дополнительных гарантиях прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на жилое помещение в Иркутской области» верхняя норма предоставления площади жилого помещения (38 кв. м) существенно ограничила муниципалитеты в выборе жилья. Уполномоченный в полной мере поддерживает предложение муниципальных образований о внесении изменений в Закон Иркутской области от 22 июня 2010 года № 50-оз «О дополнительных гарантиях прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на жилое помещение в Иркутской области» в части отмены верхней нормы предоставляемого жилья, но в пределах расчетной стоимости приобретения (строительства) жилья, используемой для расчета размера социальной выплаты, предоставляемой для приобретения жилья детям-сиротам.

О состоянии соблюдения прав человека

в деятельности правоохранительных органов

 

          Преступность – одна из наиболее общественно опасных, вероломных и особо массовых форм посягательства на права и свободы человека, декларативно охраняемых государством, которая обычно во время преступного посягательства отсутствует. Эта охрана осуществляется в общей форме социально-правового контроля преступности и борьбы с ней в целях общей превенции (законодательного запрета) и частной превенции (предупреждения новых преступлений лиц, ранее их уже совершавшими). В связи с этим данный процесс в отличие от мобильных и ничем неограниченных преступных посягательств процесс праворегулируемый, бюрократизированный и «постфактумный». Поэтому он крайне редко предотвращает преступления, нарушающие права человека, а действует, как правило, «по хвостам» и по очень ограниченному числу реальных посягательств.

         Но даже в этих условиях более или менее полного восстановления нарушенных прав и свобод не происходит. А если учесть еще и то, что подавляющее большинство реально совершенных преступлений остаются латентными (не заявленными, не зарегистрированными, не раскрытыми или недоказанными), то эффективность реальной защиты прав и свобод граждан государством в криминальной сфере является, по мнению ученых-криминологов, очень низкой и почти эфемерной.

          Многие авторитетные представители науки и правозащитники считают, что современная система уголовной юстиции России в основном нацелена на бедные, социально незащищенные, слабо адаптированные, алкоголизированные, деградированные и маргинальные слои населения, совершающие традиционные уголовные деяния. Научные исследования показывают, что преступления в России совершают все слои населения – и бедные, и богатые, и простые и высокопоставленные. Но к уголовной ответственности привлекаются, как правило, в основном те, кто совершил примитивное и очевидное деяние, кто не смог замести свои следы, кто не способен активно и квалифицированно защищаться, кто не прикрыт депутатской, должностной и иной неприкосновенностью, кто не имеет высокого социального статуса, кто плохо ориентируется в законодательстве, у кого нет средств на хорошего адвоката, кто не может внести залог и выйти на свободу до суда для сокрытия следов преступления, кто не может сфабриковать или добыть необходимый компромат на своих преследователей, кто не может просто откупиться от них и т. д.

          По данным ученых, коэффициент поражаемости реальной преступностью (как отношение преступников из этих групп к общему числу лиц данных групп) богатых и высокопоставленных не ниже (или не намного ниже), чем самых неблагополучных слоев населения. Дело в том, что разные слои общества совершают «свои» преступления. Высокопоставленному должностному лицу ничего не надо делать самому, ему надо лишь намекнуть о своих потребностях, государственному чиновнику нет нужды совершать грабежи, он многократно может обогатиться от использования возможностей своего служебного положения и т. д. И ответственность наступает по-разному.

         Преступления нищеты, бедности и слабо адаптированных к жизни людей легко попадают в жернова системы уголовной юстиции, а преступность власти, богатства и интеллекта почти не попадает в орбиту деятельности правоохранительных органов. Хотя именно в этой сфере обществу и государству причиняется колоссальный материальный, физический и моральный вред, рушится вера граждан в демократию и законность, проводимые экономические и политические реформы, подрывается доверие к власти и государству. В России сложилась ситуация, которая давно описана в литературе: если ты украл булку хлеба, пойдешь в тюрьму, а если – железную дорогу, будешь сенатором. Важно получить индульгенцию от ответственности. Именно этим всегда была озабочена отечественная бюрократия и нынешняя правящая, политическая и экономическая элита. Подобных заведомых индульгенций нет в так называемых цивилизованных странах. Наша элита с удовольствием пользуется правами и свободами по стандартам европейских стран, но как возвращение к тоталитаризму расценивает крайне необходимый гражданский контроль за своей деятельностью, который существует в тех же цивилизованных странах.

        Анализ правоприменения в сфере уголовного преследования раскрывает очень противоречивую картину: при привлечении к уголовной ответственности лиц, принадлежащих к элите, конституционные нормы очень серьезно попираются, но в пользу самих преступников. В то же время у граждан из социально незащищенных слоев они тоже серьезно нарушаются, но путем применения к ним методов противоправного воздействия в процессе оперативно-следственных мероприятий, несоблюдения процессуальных прав в ходе судопроизводства, а также при отбывании наказания. Массу конкретных примеров можно найти на страницах и сайтах отечественных СМИ.

            Практика рассмотрения Уполномоченным жалоб граждан показывает, что около трети обращений так или иначе связаны с действиями (бездействием) правоохранительных органов и суда. Диапазон нарушений, о которых пишут люди, очень широк – от пыток и издевательств над подозреваемыми и обвиняемыми до сокрытия преступлений от учета или длящегося годами бездействия. Естественно во всех таких случаях государство напрямую виновно в нарушении фундаментальных прав человека, поскольку оно несет полную ответственность за действия своих служащих. Вот только ответственность конкретных нарушителей в погонах явление в нашем государстве довольно редкое.

         Высокопоставленные должностные лица правоохранительных органов, высказываясь публично на эту тему, пытаются отрицать ужасающее положение дел, Иногда они объясняют причины преступности среди своих сотрудников так: каково общество, таковы и кадры правоохранительных органов. Однако такие утверждения не выдерживают критики. Известно, что на службу в эти органы всех подряд не берут– идет профессиональный отбор. Известно, что служебная деятельность сотрудников подлежит жесткому контролю – ведомственному и прокурорскому. Все эти требования закреплены в большом количестве нормативных правовых актов. Однако крайне низкий уровень доверия общества к правоохранительным органам подтверждает, что все это не срабатывает.

          Официальная статистика ГУВД по Иркутской области содержит следующие данные о состоянии преступности на территории региона.

В 2010 году всего было зарегистрировано 65 884 преступлений, или 263 преступления на 10 000 населения (на 18,4% меньше, чем в 2009 г.). Однако этот показатель на 42% выше среднероссийского и на 12% среднего по Сибирскому федеральному округу. В прошедшем году было выявлено 25 984 лиц, совершивших преступления (1,04% от численности постоянного населения области). Из них 4 575 женщин и 2 267 несовершеннолетних. Для сведения, в 2009 году всего было зарегистрировано 80 696 преступлений (322 на 10 000 населения (на 8% меньше 2008 г.). Лиц, совершивших преступления, было выявлено 31 004 (1,24% от численности постоянного населения).

           Аналогичные показатели 2008 года выглядят следующим образом. Всего было зарегистрировано 87 638 преступлений (349 на 10 000 населения). При этом лиц совершивших преступления, было выявлено 31 426 (1,26% от численности постоянного населения). Особенный интерес представляют сведения о практике рассмотрения заявлений о преступлениях. Вот эти данные. В 2008 году в ГВД по Иркутской области поступило 176 290 заявлений о преступлениях, относящихся к компетенции органов внутренних дел. По 99 673 заявлениям было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия события или состава преступления. Это 56,5% от числа поступивших заявлений. В 2009 году эти данные выглядят следующим образом. Поступило 176 689 заявлений. Отказано в возбуждении уголовного дела по 105 465 заявлениям. Это 59,7% от числа поступивших заявлений. В 2010 году поступило 182 801 заявление. Отказано в возбуждении уголовного дела по 118 457 заявлениям. Это 64,8% от числа поступивших заявлений.

          Нас особенно настораживает тот факт, что по подавляющему большинству заявлений о преступлениях, поступающих в правоохранительные органы, принимается решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Крайне сомнительно, чтобы граждане с каждым годом все больше подавали необоснованных заявлений о привлечении кого-либо к уголовной ответственности. Можно предполагать, что безосновательных заявлений много, но чтобы их было такое большое количество, в такое трудно поверить.

         Закон больших чисел говорит о том, что в данной ситуации 2008–2010 годов соотношение количества обоснованных и необоснованных заявлений о преступлениях (при неизменном законодательстве) должно быть примерно одинаковым. По нашему мнению, наиболее вероятное объяснение приведенной динамики статистических данных – это целенаправленные действия должностных лиц органов внутренних дел, имеющих возможность своими действиями влиять на её показатели. Эти сомнения подкрепляются общеизвестным фактом незаинтересованности правоохранительных органов в выявлении и регистрации преступлений, особенно совершенных в условиях неочевидности. Это также подтверждается многочисленными жалобами, в которых граждане сообщают о своих многомесячных (а порою и многолетних) попытках добиться привлечения к уголовной ответственности виновных лиц и о том противодействии, которое они встречают со стороны правоохранительных органов. Оценивая приведенные данные, на наш взгляд, следует иметь в виду результаты исследований ведущих российских криминологов, проведенных в течение последнего десятилетия.

        По мнению ученых (в том числе группы из НИИ Академии Генпрокуратуры РФ под руководством профессора Сергея Иншакова), официальная государственная статистика о состоянии преступности не отражает реального положения дел ввиду очень высокого уровня латентной (скрытой) преступности. По их мнению, реальное количество совершаемых в России преступлений в 7-8 раз больше, чем это показывает государственная статистика. Соответственно и количество лиц, совершивших преступления, в разы больше. По категориям преступлений, совершенных в 2010 году в Иркутской области, картина следующая. Было зарегистрировано 9 382 преступления против жизни и здоровья граждан, при том, что заявлений о таких преступлениях поступило более 74 тысяч только в органы внутренних дел. Из этого следует, что уголовное дело возбуждалось примерно в одном случае из десяти. Преступлений против свободы, чести и достоинства личности было зарегистрировано 111, что составляет около 3% от количества поступивших заявлений. Преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности было зарегистрировано 265 – это около половины от числа поступивших заявлений. Преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина было зарегистрировано 176. Органы внутренних дел отказали в возбуждении уголовного дела по заявлениям о такой категории преступлений в девяти случаях из десяти. Преступлений против семьи и прав несовершеннолетних граждан было зарегистрировано 1 879. При этом милиция отказала в возбуждении уголовного дела по 75% поступивших заявлений. Наибольшее количество преступлений в области было совершено против собственности – 41 405. При этом уголовное дело в органах внутренних дел возбуждалось примерно по половине поступивших заявлений. Экологических преступлений было зарегистрировано 2 303. При этом в милиции уголовное дело такой категории возбуждалось в одном случае из пяти. Преступлений против государственной власти или интересов муниципальной службы было зарегистрировано 336, что составляет примерно 1/3 от количества поступивших заявлений. От рук преступников погибло в 2010 году 1265 человек.

Преступниками был причинен вред здоровью потерпевших (тяжкий и средней тяжести) – 1 920 человек.

           В 2010 году признано потерпевшими 53 965 человек, или 2,2% от численности постоянного населения области. Остаток нераскрытых преступлений в 2010 году – 36 709. Остаток нераскрытых преступлений прошлых лет – 441 796. Среди лиц, обвинявшихся в совершении преступлений в 2010 году в Иркутской области (259 84 человека):

• граждан с высшим образованием – 4,7%;

• совершили преступление в состоянии алкогольного опьянения –

17,2%;

• иностранных граждан – 0,9%;

• лиц, ранее совершавших преступления – 27,3%;

• служащих органов власти – 0,6%;

• учащихся – 7%;

• лиц без постоянного источника дохода – 69,3%;

• входили с состав организованной группы или преступного сообщества – 0,9%;

• совершили экономические преступления – 6,9%;

• совершили преступления, связанные с наркотиками – 5,5%.

          Приведенная статистка показывает, что в сфере защиты прав и свобод личности от преступных посягательств правоохранительные органы Иркутской области, к сожалению, не оправдывают законных ожиданий граждан.

Необходимо сказать, что не все поступающие Уполномоченному жалобы на действия (бездействие) правоохранительных органов обоснованы. Порою и мы сталкиваемся с фактами злоупотребления правом на обращение. Однако в большинстве своем у граждан были серьезные основания для подачи жалобы.           

           Речь идет о незаконных действиях органов дознания при проведении оперативно-розыскных мероприятий, органов следствия при проведении следственных действий, о нарушениях прав подозреваемых, обвиняемых при их содержании под стражей, о непринятии мер по обращениям граждан за защитой, о волоките при расследовании преступлений или проверке жалоб и т. п.

           Печально то, что обо всех этих нарушениях мы говорим и пишем не раз, однако кардинальных перемен в деятельности органов внутренних дел не наблюдается. Люди очень часто сталкиваются с тем, что их реальная жизнь существенно отличается от того, как о ней рассказывают официальные лица. Результатом этого стала небывалая волна критики в адрес МВД РФ, обрушившаяся на ведомство в прошлом году. Ответной реакцией на это со стороны руководства страны стала инициатива по разработке и принятию Федерального закона «О полиции».

            По нашему мнению, вступление этого закона в силу с 1 марта 2011года вряд ли кардинально изменит практику деятельности органов внутренних дел и сложившуюся в МВД систему отношений. Накапливавшиеся десятилетиями системные пороки государственного управления, в том числе в МВД, невозможно устранить принятием одного закона. Многие ключевые проблемы уголовно-правовой защиты, по большей части общегосударственные, а не только МВД, этим законом не решаются. К ним относятся:

– дефекты законодательства (уголовного, уголовно-процессуального, об административных правонарушениях и пр.);

– неэффективность государственного контроля деятельности правоохранительных органов;

– практически полное отсутствие возможности контроля со стороны общества;

– распространенные в правоохранительных органах коррупционные и иные противозаконные (например, недозволенные методы работы с подозреваемыми в совершении преступлений, фальсификация процессуальных и иных документов, лжесвидетельство и пр.) практики;

– неэффективность проводимой кадровой политики и организации работы с кадрами;

– системные проблемы организации деятельности сотрудников (например, возложение на рядового сотрудника или руководителя множества обязанностей, которые он заведомо не способен выполнить);

– неэффективное использование бюджетных средств, выделяемых государством правоохранительным органам.

           Перечень этих проблем можно продолжать. Хотелось бы верить, что принятие закона «О полиции» – только первый шаг в реформировании всей правоохранительной сферы. Мы надеемся, что в результате целенаправленной и системной работы органов государственной власти степень защищенности прав и свобод человека и гражданина в нашей стане существенно повысится.

              Практика рассмотрения жалоб граждан по вопросам нарушения их прав в сфере уголовного преследования позволяет выделить их наиболее типичные группы. При этом такого рода нарушения в основном имеют место в подразделениях дознания и следствия органов внутренних дел, Следственного управления СК РФ и в меньшей степени других правоохранительных органов. К их числу относятся:

– нарушения при проведении доследственных проверок заявлений обвиняемых, подозреваемых или осужденных о совершенных в отношении них преступлениях в местах содержания под стражей. Из информации, полученной в ходе рассмотрения жалоб, зачастую усматривается, что следователи часто удовлетворяются объяснениями причастных к нарушению должностных лиц и не пытаются добыть сведения, подтверждающие обоснованность утверждений заявителей;

– многочисленные факты неоднократного вынесения следователями постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела или о прекращении уголовного дела. Эти постановления отменяются вышестоящим руководителем или признаются судом незаконными, однако это не влечет ответственности следователя. По крайней мере, Уполномоченному и заявителям об этом не сообщается;

– часто встречающиеся факты нарушения процессуальных сроков при проведении доследственной проверки. Установленный ст. 144 УПК РФ 3-дневный срок для принятия процессуального решения часто не соблюдается. По материалам некоторых жалоб видно, что дознаватель или следователь выносили заведомо необоснованное, а значит незаконное процессуальное решение исключительно из соображений соблюдения процессуальных сроков;

– факты нарушения требований УПК РФ об уведомлении заявителей о принятом процессуальном решении по заявлению о преступлении. При рассмотрении жалоб Уполномоченный сталкивался с фактами, когда заявители узнавали о том или ином процессуальном решении по их заявлению только в ходе судебного обжалования действий (бездействия) следователя или после обращения к Уполномоченному.

         Наибольшую обеспокоенность Уполномоченного вызывают нарушения процессуальных прав граждан в системе Следственного комитета РФ.

Например, 9.07.2010 г. Уполномоченный обратился к руководителю регионального Управления СК РФ с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту массового нарушения фундаментальных прав жителей дер. Карлук Иркутского района деятельностью незаконного нефтеперерабатывающего предприятия. Речь шла о нарушении права граждан на благоприятную окружающую среду, на достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного здоровью или имуществу экологическим правонарушением (ст.42 Конституции РФ). Уполномоченный, полагая, что в данном случае имеются признаки преступлений, предусмотренных ст. 246 (Нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ), 247 (нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов), 250 (Загрязнение вод), 251 (Загрязнение атмосферы), 254 (Порча земли) УК РФ, просил принять меры по проведению проверки в порядке ст. 144 УПК РФ. Он также просил зарегистрировать его обращение как сообщение о преступлении и уведомить о принятом процессуальном решении в установленном порядке. Аналогичная информация была направлена Уполномоченным в прокуратуру Иркутской области и в правительство Иркутской области. 23.07.2010 г. СУ СКП РФ по Иркутской области ответило Уполномоченному (№ 216-27-10), что по указанному факту 20.05.2010 г. было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 217 УК РФ (нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах). 6.08.2010 г. прокуратура Иркутской области в своем ответе (№7-552-10) подтвердила, что в результате незаконной деятельности нефтеперерабатывающего предприятия установлено «серьезное загрязнение почвенного покрова нефтепродуктами», «установлен факт негативного воздействия неучтенных источников на атмосферный воздух», «в исследованном образце воды содержание нефтепродуктов значительно превышает гигиенические нормы». И самое интересное – «доводы о причинении вреда здоровью жителей Карлука в связи с работой нефтеперерабатывающей установки не подтвердились». Комментировать здесь нечего – факты говорят сами за себя.

            О причинах таких действий должностных лиц прокуратуры и Следственного комитета остается только гадать. Особую тревогу Уполномоченного вызывает обеспечение прав подозреваемых и обвиняемых при их содержании под стражей в изоляторах временного содержания и специальных приемниках органов внутренних дел.

            В течение 2010 года Уполномоченному регулярно поступали жалобы от этой категории лиц. В своих обращениях они сообщали о нарушениях, связанных с ненадлежащими условиями содержания, и неправомерных действиях сотрудников милиции. Характерно, что в большинстве случаев граждане направляли свои жалобы не из ИВС, а только после того, как попадали в следственный изолятор системы ФСИН.

Общественные советы

           Наиболее распространенной в Иркутской области формой взаимодействия государственных и муниципальных органов и общественности являются различные, созданные при них общественные советы. Такой формат взаимодействия власти и общества заложен в некоторых федеральных и областных законах, иных нормативных правовых актах.

           К ним относятся, например, Федеральный закон от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», Закон Иркутской области от 8 февраля 2000 года № 12-оз «О государственной молодежной политике в Иркутской области», прямо предусматривающие создание структур под названием общественный совет. По нашему мнению, именно эти структуры должны были бы содействовать реализации права граждан контролировать власть и влиять на её деятельность в своих законных интересах. По крайней мере, ст. 9 и 50 Федерального закона «О полиции» содержат такую норму. Для того, чтобы общественные советы сыграли свою роль, по нашему мнению, требуется соблюдение нескольких условий.

1. Общественные советы должны иметь полномочия контролировать деятельность соответствующего органа в части обеспечения соблюдения им прав человека.

2. Общественные советы должны быть независимы от органа, деятельность которого им подконтрольна.

3. Состав общественных советов должен определяться обществом, т. е. общественными объединениями, но никак не руководителем государственного или муниципального органа. Его членами, по определению, не должны быть граждане, находящиеся на государственной или муниципальной службе либо каким-то иным образом связанные с деятельностью соответствующего органа.

4. Состав общественных советов должен подлежать обязательной ротации через определенные промежутки времени.

5. Деятельность общественных советов должна носить публичный и открытый характер. Это подразумевает обеспечение доступности гражданам информации о документах, регламентирующих их работу, о персональном составе их членов и рекомендовавших этих людей общественных объединениях, о планах работы, о проведенных мероприятиях, о порядке приема граждан и их обращений и пр.

6. Общественные советы должны регулярно информировать общество о результатах своей деятельности, а их члены представлять населению отчет о своей работе. Только при соблюдении этих условий, по нашему мнению, общественные советы будут иметь мандат от общества на контроль органов власти.

           Уполномоченным на основе информации, размещенной в сети Интернет и общедоступных правовых базах, был проведен анализ сложившейся в Иркутской области ситуации по вопросу обеспечения права граждан на общественный контроль деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления.

Наши выводы основаны на сведениях о следующих общественных советах:

– Общественный совет при Законодательном собрании Иркутской области;

–Общественный совет по вопросам молодежной политики при Губернаторе Иркутской области;

– Общественный совет по наградам – орган при Губернаторе Иркутской области;

– Общественный совет при Правительстве Иркутской области по вопросам предоставления гражданам, проживающим на территории Иркутской области, социальных выплат для строительства или приобретения жилых помещений;

– Общественный совет по проблемам противодействия распространению наркомании среди населения Иркутской области при Правительстве Иркутской области;

– Общественный совет по туризму при Правительстве Иркутской области;

– Общественный консультативно-экспертный совет по психиатрии при главном специалисте-эксперте - психиатре министерства здравоохранения Иркутской области;

– Общественный экологический совет при прокуратуре Иркутской области;

– Общественный совет по защите малого и среднего бизнеса при прокуратуре Иркутской области;

– Общественный совет при Следственном управлении СК РФ по Иркутской области;

– Общественный совет при начальнике ГУФСИН России по Иркутской области;

– Общественный совет при ГУВД по Иркутской области;

– Общественно-консультативный совет при УФМС России по Иркутской области;

– Общественный совет по защите прав пациентов при Управлении Росздравнадзора по Иркутской области;

– Общественный совет при Прибайкальском управлении Ростехнадзора;

– Общественно-консультативный совет при Управлении Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области;

– Общественный совет по наградам при мэре города Иркутска;

– Общественный совет по антикоррупционной экспертизе при администрации Шелеховского района;

– Общественный совет при мэре Чунского района по вопросам строительства храма Св. Иннокентия;

– Общественный совет по наградам при мэре Ангарского муниципального образования;

– Общественный совет по наградам при мэре города Усолье-Сибирское;

– Общественный совет при администрации муниципального образования города Усолье-Сибирское;

– Общественный совет по наградам при администрации городского округа муниципального образования «Город Саянск»;

– Общественный совет по физической культуре и спорту при администрации Шелеховского муниципального района;

– Советы общественности, созданные при пунктах охраны общественного порядка в городе Иркутске.

Проведенный мониторинг показал:

1. В правовых актах об общественных советах отсутствует указание на реализацию такой задачи, как общественный контроль деятельности государственного или муниципального органа. В большинстве

случаев целью деятельности общественного совета указано содействие соответствующему органу в решении возложенных на него задач. В некоторых случаях положения о них не опубликованы.

2. Персональный состав общественных советов определяется органом или руководителем, при котором они созданы. Принципы и критерии подбора их членов зачастую не определены. В составе почти всех советов (кроме Общественного совета при Законодательном собрании) присутствуют чиновники, иногда их подавляющее большинство. Имеются факты, когда состав советов не обнародован.

3. В большинстве случаев общественные советы возглавляются руководителем органа, при котором они созданы.

4. Достаточной информации о деятельности большинства общественных советов в публикациях, размещенных в сети Интернет, обнаружить не удалось. Зачастую это отрывочные сведения из новостных лент, не дающие возможности составить определенное мнение об их работе.

          Все это дает основание сделать вывод о том, что многие так называемые «общественные» советы на самом деле таковыми не являются. Однако их существование позволяет руководителям государственных и муниципальных органов не только отчитываться об успешном взаимодействии с общественностью, но и порою имитировать наличие общественного контроля за их деятельностью.

          Полагаем, что существование при государственных и муниципальных органах внештатных структур, оказывающих им экспертно-консультационную и иную поддержку, вполне оправдано, но называть их общественными – это лукавство.

            Таким образом, в Иркутской области практически нет (за исключением Общественной наблюдательной комиссии Иркутской области) институтов гражданского общества осуществляющих легитимный гражданский контроль деятельности органов власти. Существующие в реальности или только на бумаге «общественные» советы являются порождением государственных или муниципальных органов, полностью от них зависят и не имеют никакой связи с обществом.

             К сожалению, невозможно также сказать, что власть и общество в нашей области ведут диалог. Скорее мы имеем дело с монологом власти, которому народ внемлет, но не слишком доверяет. Надо признать, что расстояние между властью и людьми угрожающе велико. На самом высоком уровне государственной власти это признается.

             Президент страны регулярно высказывается за усиление взаимодействия гражданского общества и власти. Однако эти призывы повисают в воздухе и это объяснимо. Какой нормальный чиновник будет заботиться о контроле над собой? Скорее он сделает все, чтобы такого контроля не было вовсе или ловко организует его имитацию. Ситуация, когда в государстве не развит общественный контроль над чиновниками, обусловливает многочисленные нарушения прав и свобод граждан и чревата социальными потрясениями. В целях обеспечения реализации конституционных и иных прав граждан в Иркутской области, по нашему мнению, необходимо разработать и принять закон «Об общественном контроле деятельности государственных и муниципальных органов в Иркутской области». Уполномоченный не питает иллюзий относительно реакции на это предложение со стороны властных структур, однако надеется, что это предложение будет поддержано общественностью и в обозримой перспективе реализовано.

Заключение

            Руководством страны объявлен курс на модернизацию России на основе инновационного пути развития. При этом подразумевается, что правовой базой всех предстоящих преобразований является Конституция и заложенные в ней общечеловеческие ценности, основой которых являются права и свободы человека и гражданина.

          Представленный доклад отражает нашу тревогу по поводу положения дел в регионе с обеспечением и защитой прав человека. Оценивая в целом ситуацию в Иркутской области как не слишком хорошую, следует признать, что мы не исключение и что вся наша страна и общество находятся в затяжном системном кризисе. Это решающим образом отражается на социальном самочувствии граждан. В обществе велико число людей, чувствующих, что по отношению к ним свершилась несправедливость. Многие люди, добиваясь её, ведут длительную, изнурительную, зачастую безрезультатную борьбу. Другие, разуверившись и отчаявшись, опустили руки.

         Социальная апатия поразила широкие слои населения. Понятно, что на возможность реализации прав человека и степень их защищенности влияет множество политических, экономических, социальных и иных факторов. Некоторые из них зависят от региональных властей. Другие, и их, к сожалению, большинство, определяются политикой федерального центра.

         Уполномоченный попытался сформулировать, что, по его мнению, требуется и возможно сделать на региональном уровне, чтобы добиться позитивных изменений в сложившейся ситуации. Эти предложения основаны на том, что права человека - монолитный, взаимосвязанный комплекс и проблемы их реализации и защиты могут решаться только в единстве.

В сфере обеспечения личных (гражданских) прав и свобод

           Уважение достоинства личности – неотъемлемый признак цивилизованного общества. Поэтому всеми государственными и муниципальными органами области и их служащими может и должно обеспечиваться право граждан на охрану их достоинства. Это не требует дополнительного финансирования. Это требует изменений в сознании чиновников, жесткого контроля и ответственности. В регионе необходимо создать условия (правовые, организационные, материально-технические и иные) для эффективной деятельности институтов гражданского общества, ориентированных на реальную борьбу против пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания, против коррупции, произвола и иного беззакония.

         Меры, предпринимаемые государственными органами по обеспечению правопорядка, особенно под лозунгом борьбы с экстремизмом, не должны оборачиваться ущемлением гражданских прав и свобод

граждан.

В области экономических и социальных прав

            Экономические и социальные права – это категория прав, обеспечивающая социальную защищенность человека, достойный уровень жизни, свободное распоряжение своими навыками, умениями и имуществом. Ущемление этих прав сегодня воспринимается обществом наиболее болезненно.

Региональные власти имеют возможность, убирая административные барьеры и эффективно противодействуя коррупции, обеспечить право граждан на свободное использование своих способностей и имущества для экономической деятельности как основного механизма рыночной экономики.

          Требуется эффективная работа всех ветвей власти по защите права частной собственности. Ситуация, когда успех в бизнесе и право собственности на него зависят не от деловой хватки, энергии и способностей человека, а от наличия сильных «покровителей» в органах власти, в принципе недопустима. Органы власти через усиление контроля и ответственности обязаны обеспечить реальную защиту прав наемных работников, как в государственном, так и в частном секторе экономики. К сожалению, государственные и муниципальные органы, а в особенности негосударственные структуры, не слишком озабочены их соблюдением. Нарушения прав на справедливую оплату, на безопасные условия труда, на отдых и др. встречаются повсеместно и массово.

Принципиально новые подходы требуются от региональных властей в сфере обеспечения прав семьи, материнства и детства. Эти меры должны носить комплексный, социально-экономический характер. Сегодняшнее положение дел показывает, что традиционные меры неэффективны.

              Федеральные и областные органы государственной власти обязаны использовать имеющиеся в их распоряжении общественные ресурсы для обеспечения прав социально незащищенных групп (инвалидов, сирот, граждан в старости, потерявших кормильца, в период безработицы, во время длительной болезни, беременности и в иных тяжелых жизненных ситуациях). Высокий уровень заболеваемости и смертности граждан в Иркутской области требует коренным образом изменить отношение властей к системе здравоохранения, как к одной из ключевых составляющих здоровья нации. Право на охрану здоровья и медицинскую помощь – это одно из важнейших социальных прав человека и гражданина. В области имеется несколько населенных пунктов, где на протяжении многих лет существенно нарушается право граждан на благоприятную окружающую среду. Это связано, в частности, с отсутствием у них доступа к чистой воде. Есть много мест, где в атмосфере, почве и воде недопустимый уровень опасных для здоровья веществ. В области продолжают функционировать производства, наносящие ущерб экологии. Первый в списке – Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат.

В области политических прав и свобод

           Региональные СМИ в своей редакционной политике должны уйти от обслуживания интересов власти и обеспечить выполнение своей миссии – служение обществу. У граждан есть запрос на обеспечение свободы мысли и слова. Они хотят иметь возможность самостоятельно определять и высказывать свое отношение к окружающему миру, без внешнего контроля и воздействия со стороны государства или отдельных лиц.

          Государственные и муниципальные органы обязаны обеспечить возможность доступа людей к общественно и социально значимой информации как основы для их реального участия в управлении делами государства. Для этого необходимо добиваться безусловного выполнения требований Федерального закона от 09.02.2009 N 8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления». Проведение политическими партиями, общественными объединениями, гражданами публичных мероприятий - одно из средств укрепления связи государственных и муниципальных органов с населением, а также способ выражения общественного мнения.

         Требуется не только обеспечить право людей на беспрепятственное проведение собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирования, но и адекватное реагирование властей на общественно значимые проблемы. Региональные и муниципальные органы должны предпринять действия, направленные на восстановление у граждан доверия к важнейшему демократическому институту - выборам органов и должностных лиц. Без этого легитимность власти ставится под сомнение, что крайне опасно и для неё самой и для общества.

          Желание чиновников любой ценой (включая противозаконные способы) обеспечить главенствующую роль одной политической силы разрушает в обществе веру в ценности демократии. Требуется отказаться от использования в ходе выборов так называемого «административного ресурса» и иных способов манипулирования избирателями.