Обзоры практики

Т.Л. Курас

доцент кафедры судебного права

Юридического института ИГУ, канд. ист. наук

А.А. Севостьянова

студентка Юридического института ИГУ

 

ОБЗОР

практики рассмотрения судами общей юрисдикции дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок

 

Право на защиту прав, свобод и законных интересов судами должно осуществляться эффективно, в разумный срок и на высокопрофессиональном уровне. Всемирным гарантом данного принципа является статья 6 Европейской конвенции по правам человека[1]. Содержание данного положения сводится к тому, что существует многоаспектный принцип – каждый имеет право на справедливое судебное разбирательство, который включает в себя право на рассмотрение дела в разумный срок. Соответственно все страны-участницы, в том числе Российская Федерация, должны создать и обеспечить действия правовых механизмов надлежащей реализации норм международного права. Иначе выработанные стандарты Европейского суда по правам человека (далее – ЕСПЧ), оставались бы иллюзорными.

Активное обращение граждан РФ в ЕСПЧ, а в дальнейшем и вынесение решений против РФ было обусловлено отсутствием внутринационального правого регулирования и увеличением числа нарушений права на осуществление судопроизводства в разумный срок.   Данные обстоятельства послужили причиной принятия 30 апреля 2010 г. федерального закона № 68 «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон о компенсации)[2]. В законе основным инструментом восстановления справедливости выступает выплата компенсации за причиненный неимущественный вред. При этом важно отметить тот факт, что не учитывается вина суда, органов государственной власти и иных субъектов, нарушивших процедурные правила, а также исключается возможность получения компенсации за причиненный моральный вред. Принятие закона определило момент начала судебной практики по рассмотрению судами дел о присуждении компенсации за нарушение неотъемлемого и неотчуждаемого права каждого человека на разумный срок судопроизводства.

Рассматривая данную категорию дел, суды сталкиваются с рядом проблем. Во-первых, отсутствует единообразное понимание «разумности» сроков в судебной практике. Понятие является абстрактным, оно лишь указывает на то, что судам необходимо назначить объективный срок для совершения определенных процессуальных действий. При анализе судебной практики было выявлено, что назначая данный срок, суды пытались ответить на 3 вопроса: 1. сложность дела; 2. поведение лиц, участвующих в деле; 3. значимость обстоятельств, подлежащих доказыванию для заявителя. Во-вторых, нет нормативных установлений для расчета выплаты денежной компенсации из государственного бюджета. Кроме того, минимальные и максимальные размеры выплат также не определены, что приводит к смешению с институтом морального вреда. Судам приходится руководствоваться статьей 2 ФЗ-68, а именно учитывать требования заявителя, значимость последствий, практику ЕСПЧ. Определяя размер компенсации, суды общей юрисдикции ссылаются на постановления ЕСПЧ.

Так, Забайкальский краевой суд в решении от 19.07.2012 г. по делу № 3-37/2012 указал следующее: Учитывая срок судопроизводства по гражданскому делу, поведение заявителя, степень  достаточности и эффективности действий суда, производимых в целях своевременного рассмотрения дела, общую продолжительность судопроизводства, а также практику Европейского Суда по правам человека (постановления от 3 июня 2010 года по делу «Лелик против Российской Федерации», от 25 февраля 2010 года по делу «Куприны против Российской Федерации»), Забайкальский краевой суд считает возможным, основываясь на принципах разумности и справедливости, определить сумму компенсации *** рублей[3].

Такую же правовую позицию относительно установления размера компенсации изложил в  решении Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа от 23.04.2017 г. по делу № Ф02-6829/2016[4].

Так, в Постановлениях от 02.07.2014 по делам № АФ06-35/2013, А57-22031/2013, А57-16517/2009-36 Федеральный арбитражный суд Поволжского округа суд указал, что «одно лишь взыскание компенсации не может быть признано эффективной мерой принуждения, в пользу взыскателя присуждена часть компенсации за нарушение права на исполнение в разумный срок судебного акта, а также проценты от указанной суммы компенсации по учетной ставке (ставке рефинансрования) Центрального Банка Российской Федерации, увеличенной на 3 процента с момента вступления в силу решений до полной уплаты суммы компенсации, так как принцип обязательности исполнения судебных актов предполагает безусловное их исполнение органами государственной власти» (Постановления Президиума ВАС РФ от 14.12.2010 № 8893/10 и от 18.10.2011 № 5558/11)[5]. 

Рассмотрим иную позицию. Федеральный Арбитражный суд Московского округа учитывает следующие обстоятельства, определяя размер присуждаемой компенсации меньше запрошенной: «компенсация не может равняться величине предполагаемых убытков заявителя вследствие нарушения гражданско-правовых обязательств, для которых законодательством установлены иные гражданско-правовые способы защиты прав, размер компенсации определяется только с учетом критериев, установленных ч. 2 ст. 2 федерального закона «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 13.05.2014 № Ф05-3025/14[6].

Развитие судебной практики ЕСПЧ относительно размера компенсации является неоднозначным. В постановлении ЕСПЧ определил: «заявителям был причинен моральный вред вследствие необоснованно длительного рассмотрения их требований  судами страны и отсутствия эффективного внутреннего средства правовой защиты в этой связи. Однако требуемые суммы являются чрезмерными, и на справедливой основе ЕСПЧ присуждает заявителям совместно *** по данному основанию, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму»[7].

Еще один немаловажный аспект, по которому до сих не выработано единой практики, связан с определением временных рамок разумного  срока судопроизводства, а также установлением  обстоятельств, свидетельствующих о нарушении данного срока.   Разумный срок – это общая продолжительность времени совершения процессуальных и иных действий с момента возбуждения судебного дела до момента исполнения принятого по нему окончательного решения. Продолжительность времени – все существующие в государстве формы обжалования судебных актов, в т.ч. производство в высших судах  и стадия исполнения судебного акта. Из этого срока исключаются сроки, когда периоды затягивания разбирательства происходили по инициативе частного   лица  (изучаются ходатайства, причины смены его адвокаты, немотивированного отсутствия сторон в судебном порядке). Так, ЕСПЧ установил, что заявителям может быть поставлено в вину то, что они изменили свои требования и подавали ходатайства и жалобы, тогда о нарушении срока речи не ведется, но заявитель не несет ответственности за использование преимуществ, которые национальное законодательство обеспечивает при защите его интересов (постановление ЕСПЧ от 8 июня 1995 г. по делу «Яджи и Саргын против Турции»)[8]. 

В качестве примера приведем Постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.01.2015 № Ф05-10343/14(1) по делу № А 40-144972/09  «…судом принято во внимание, что длительность рассмотрения дела связана с использованием лицами, участвующих в деле, в том числе и самим истцом, предоставленных законом процессуальных прав в целях защиты своих интересов, а суд не может ограничить лиц, участвующих в деле, в осуществлении указанных прав. Утрата возможности реального исполнения судебного акта только лишь вследствие длительного рассмотрения дела носит характер предположения»[9]. 

В соответствии с частью 3 статьи 6.1 и частью 2 статьи 244.8 Гражданского процессуального кодекса РФ при определении разумного срока судебного разбирательства  учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность дела, поведение участников гражданского процесса, достаточность и эффективность дела, и общая продолжительность судопроизводства по делу[10]. Обстоятельства, связанные с организацией работы суда, в том числе с заменой судьи, а также рассмотрение дела различными инстанциями не могут приниматься во внимание в качестве основания для превышения разумного срока судопроизводства  по делу. В подтверждение данной позиции Краснодарский краевой суд в апелляционном определении от 15 сентября 2016 г. по делу № 33а-24971/16  отметил следующее: «При определении разумности и продолжительности судопроизводства суд правильно учел, что гражданское дело не приостанавливалось, не передавалось из одного суда в другой. Материалами гражданского дела также установлено, что судом первой инстанции дело по иску было рассмотрено в срок, не превышающий требований ст. 154 ГПК РФ. В ходе рассмотрения дела первой инстанции дело откладывалось в связи с поступлением ходатайства об отложении судебного заседания»[11]. Из данного  определения следует, что затягивание судебного разбирательства сторонами дела не является основанием для подтверждения нарушения разумного срока судопроизводства.

Согласно части 3 статьи 1 Закона о компенсации присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта не зависит от наличия либо отсутствия вины суда  и иных органов и должностных лиц, на которых возложена обязанность по исполнению судебных актов.

В пунктах 35, 36, 37 и 38 совместного Постановления Пленума Верховного суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ от 23.12.2010 № 30/64 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный  срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» разъяснено, что при оценке правовой и фактической сложности дела следует, в частности, учитывать наличие обстоятельств, затрудняющих рассмотрение дела, число соистцов, соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права и др.[12] При этом судам надлежит исходить из того, что такие обстоятельства, как рассмотрение дела различными судебными инстанциями, участие в деле органов публичной власти, сами по себе не могут свидетельствовать о сложности дела.  

Оценивая правовую и фактическую сложность дела, Московский городской суд в апелляционном определении от 12 мая 2011 г. по делу № 11-0013 установил, что при первом рассмотрении дела районным судом было назначено и проведено 16 судебных заседаний, из них 1 судебное заседание было отложено в связи с уточнением истцом исковых требований[13]. В дальнейшем суд, ссылаясь на статью 244.8 ГПК РФ, учитывая содержание  принятых по делу постановлений,  а также вышеперечисленные обстоятельства, отказал в удовлетворении заявления Т. о нарушении права на разумный срок судопроизводства. Московский городской суд разъяснил, что срок судебного разбирательства по гражданскому делу заявителя не может быть признан неразумным, поскольку задержка судебного разбирательства была вызвана объективными причинами, а именно, судебные заседания откладывались в связи с процессуальными действиями сторон. В то же время судебные заседания назначались регулярно с незначительными перерывами, позволяющими своевременно известить лиц участвующих в деле, истребовать дополнительные доказательства. Производство по делу приостанавливалось в связи с проведением необходимых экспертиз. При этом, как следует, из материалов дела судом осуществлялся надлежащий контроль над ходом и сроками проведения экспертизы.

В некоторых случаях, но значительно реже, в практике судов можно встретить совершенно иной подход к присуждению компенсации за нарушенный разумный срок судопроизводства. В частности, Московский городской суд в апелляционном определении от 20 апреля 2016 г. по делу № 33а-9631/2016 решил, что Замоскворецким районным судом было нарушено право лица на разумный срок судопроизводства на стадии изготовления решения, срок которого составил более 1 месяца[14]. Это было вызвано длительным неназначением апелляционной жалобы. Следующее нарушение разумных срок было вызвано болезнью судьи (свыше 8 месяцев), хотя в соответствии с частью 4 статьи 6.1 ГПК РФ  обстоятельства, связанные с организацией суда не могут приниматься во внимание в качестве оснований для превышения сроков судопроизводства. Компенсация была выплачена.

Еще одним ярким примером недобросовестного осуществления правосудия, затягиванием судебного процесса являются действия Центрального районного суда г. Читы. В обоснование неэффективного осуществления судопроизводства, Забайкальский  краевой  суд от 19 июля 2012 г. по делу № 3-37/2012 привел следующие причины: «проведение первого судебного заседания через 2 месяца 2 дня после поступления заявления; недостаточная подготовка судом дела к рассмотрению; отсутствие процессуального движения по делу на срок более 8 месяцев со ссылками на болезнь судьи, отложение промежуточных судебных разбирательств»[15]. Данные причины свидетельствуют о действиях суда как недостаточные и не эффективные для обеспечения своевременного рассмотрения дела.

Нами были рассмотрены некоторые аспекты принципа гражданского процессуального права – «разумный срок судопроизводства». Приведены спорные вопросы квалификации судами правоотношений при разрешении споров, возникающих из присуждения компенсации за нарушения права на разумный срок судопроизводства. Из представленного следует, что единой судебной практики по данному вопросу нет. Отсутствие в науке гражданского права и в правоприменительной практике четкого понимания абстрактного понятия «разумность» приводит к различным позициям судов. При оценке длительности рассмотрения дела суды выясняют, принимались ли судом меры к своевременному рассмотрению дела. При рассмотрении заявления о компенсации суды устанавливают факт нарушения права на судопроизводство в разумный срок с учетом содержания судебных актов и иных материалов дела и иных обстоятельств. И в  каждом конкретном случае они обеспечивают индивидуальный подход к определению размера компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок. Осложнение судебной практики происходит еще из-за того, что само понятие «разбирательство дела в разумный срок» исходит из практики ЕСПЧ. При этом его позиция не сходится с национальным представлением разумного срока. Необходимо устранить целенаправленное систематическое затягивание процесса одной из сторон рассматриваемого дела. При анализе судебной практики нами было выявлено, что данная проблема приобретает все более явный характер. Основными формами ее проявления являются игнорирование судебных повесток, предъявление необоснованного встречного иска, неявка, немотивированный отвод судьи. Отсутствие в ГПК РФ механизма, препятствующего нарушениям разумности сроков судопроизводства, порождает необходимость дальнейшего законодательного развития для обеспечения эффективного правосудия.

 


[1] Международная конвенция о  защите прав человека и основных свобод [Электронный ресурс]: принята протоколом ETS № 005  генер. ассамблеи от 04 нояб. 1950 г. Режим доступа: http://base.garant.ru/2540800/.

[2] О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок: федер. закон от 30 апр. 2010г. № 68-ФЗ (с послед. изм. и доп.) // Собр. законодательства РФ. 2010. № 18. Ст. 2144.

[3] Решение Краевого суда Забайкальского края от 19 июля 2012 года по делу № 3-37/2012  // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[4] Решение Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23 апреля 2017 года по делу № Ф02-6829/2016 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[5] Постановление ФАС Поволжского округа от 02 июля 2014 года по делу № АФ06-35/2013; Постановление ФАС Поволжского округа от 02 июля 2014 года по делу № А57-22031/2013; Постановление ФАС Поволжского округа от 02 июля 2014 года по делу № А57-16517/2009-36 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[6] Постановление ФАС Московского округа от  13 мая 2014 года по делу N Ф05-3025/14 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[7] Дело "Казюлин (Kazyulin) против Российской Федерации" от 25 февраля 2010 года [Kazyulin v. Russia] (Жалоба N 31849/05) // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[8] Дело "Жаркова (Zharkova) против Российской Федерации" от 17 сентября 2009 года [Zharkova.Russia] (Жалоба N 32380/06) // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[9] Постановлениее ФАС Московского округа от  27 января 2015 года по делу N Ф05-10343/14(1); Постановлениее ФАС Московского округа от  27 января 2015 года по делу № А40-144972/09 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[10] Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации : федер. закон от 14 нояб. 2002 г. № 138-ФЗ (с послед. изм. и доп.)  // Собр. законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

[11] Решение Краснодарского краевого суда от 15 сентября 2016 года по делу N 33а-24971/16  // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[12] О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный  срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и  Высшего Арбитражного суда РФ от 23.12.2010 № 30/64 (с послед. изм. и доп.) // Рос. газ.  2014. 14 января. № 5.

[13] Апелляционное определение Московского городского суда  от 12 мая 2011 года по делу № 11-0013 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[14] Апелляционное определение Московского городского суда  от 20 апреля  2016 года по делу № 33а-9631/2016 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.

[15] Решение Забайкальского краевого суда от 19 июля 2012 года по делу № 3-37/2012 // КонсультантПлюс [электронный ресурс]: справочная правовая система.