Обзоры практики

А. Кокоурова

студентка 5-го курса

Юридического института ИГУ

 

ОБЗОР

по результатам обобщения практики рассмотрения

судами дел, связанных с усыновлением

 

Дети являются одной из самых незащищенных категорий граждан. Данный факт связан с физиологическими особенностями детей. Государство гарантирует детям нормальные условия развития. Но с каждым годом растет число детей, оставшихся без попечения родителей. Кроме того, в мировой практике прослеживается рост преступности в отношении детей, в результате чего они становятся как жертвами преступлений, так и их субъектами. В данном ракурсе роль государства как механизма их защиты выступает одной из гарантий соблюдения прав и законных интересов ребенка.

Наибольшей социальной проблемой для государства являются дети, заботу о которых по объективным и субъективным причинам не осуществляют их родители. Государство в этих случаях берет заботу о таких детях на себя. В Российской Федерации существуют различные формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, но приоритетной является усыновление. Данное положение связано с тем, что в результате усыновления ребенок «входит» в семью с теми же правами, что и другие кровные члены семьи. Такой ребенок приравнивается как в имущественных, так и неимущественных личных правах к родственникам по происхождению.

В настоящее время наиболее актуальным вопросом является усыновление детей – граждан РФ иностранными гражданами и лицами без гражданства. Так, в Парламентском запросе Государственной Думы Федерального Собрания РФ к Председателю Правительства М. Е. Фрадкову «О необходимости принятия неотложных мер по государственной защите прав и законных интересов детей, являющихся гражданами Российской Федерации, при усыновлении их иностранными гражданами» указывается, что в2004 г. иностранные граждане усыновили 9419 детей, являющихся гражданами Российской Федерации, из них – 6044 ребенка в возрасте до трех лет, 219 детей-инвалидов. Таким образом, из этих цифр видна обширная практика международного усыновления.

Ранее действовавшее Постановление Пленума ВС РФ № 9 от 1997 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении усыновления» (далее – Постановление № 9) не разрешало возникающие на практике вопросы, касающиеся данной категории дел. Данное Постановление лишь цитировало закон, в результате чего судебная практика была не однородна по некоторым вопросам. 20 апреля 2006 г. Пленум ВС РФ принял новое одноименное Постановление № 8 (далее – Постановление № 8 2006 г.). Оно с точки зрения практики более детально разъясняет законодательство об усыновлении, выявляет наиболее актуальные вопросы рассмотрения дел об усыновлении ребенка – гражданина РФ иностранными гражданами, лицами без гражданства и гражданами РФ, постоянно проживающими за границей.

Данный институт не является для российского права новым, усыновление российских детей имело место и в Российской Империи.

В настоящее время процедура усыновления является общей независимо от усыновителя, но есть особенности, касающиеся условий усыновления, подведомственности и необходимых документов, на основе которых у суда должно формироваться мнение о соблюдении интересов ребенка при его усыновлении иностранными гражданами и лицами без гражданства. Необходимо отметить наиболее сложные вопросы, возникающие в судебной практике при рассмотрении заявлений об усыновлении ребенка – гражданина РФ иностранными гражданами.

1. Усыновление иностранными гражданами или лицами без гражданства (далее – иностранные граждане) детей, являющихся гражданами Российской Федерации, допускается только в случаях, если:

– не представляется возможным передать этих детей на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации,

– не представляется возможным передать этих детей на усыновление родственникам детей независимо от гражданства и места жительства этих родственников.

При этом дети могут быть переданы на усыновление гражданам Российской Федерации, постоянно проживающим за пределами территории Российской Федерации, иностранным гражданам или лицам без гражданства, не являющимся родственниками детей, по истечении 6 месяцев со дня поступления в установленном порядке сведений об указанных детях в государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей[1]. До декабря 2004 г. данный срок составлял 3 месяца. Увеличение срока, по мнению депутата Государственной Думы Селиверстовой О. Ю., нацелено на обеспечение права ребенка на устройство в российскую семью[2].

В международных актах предусматривается еще одно условие возможности усыновления – это невозможность обеспечить подходящий уход в стране происхождения ребенка[3]. Данное условие не предусмотрено в ст. 124 Семейного кодекса РФ от 29.12.1997 г. (далее – СК). В связи с этим на практике вставал вопрос: нужно ли учитывать данное условие российским судам? Постановление № 9 не давало разъяснений по поводу данного положения, хотя необходимо было исходить из положений Конституции РФ, где говорится о приоритете норм международного права над национальным. Следовательно, суд был обязан проверять данное условие, т. е. обеспечивается ли ребенку в детском учреждении какой-либо подходящий уход. В настоящее время Постановление № 8 2006 г. разрешает возникший вопрос в пп. «а» п. 14: «усыновление детей названными гражданами допускается только в случаях, если не представилось возможным передать этих детей на воспитание (усыновление, опека, попечительство, приемная семья или иные формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, предусмотренные законами субъектов Российской Федерации) в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, или на усыновление родственникам детей независимо от места жительства и гражданства этих родственников (п. 1 ст. 123, п. 4 ст. 124 СК РФ). Данные ограничения соответствуют положениям ст. 21 Конвенции о правах ребенка, которой признано, что усыновление в другой стране может рассматриваться в качестве альтернативного способа ухода за ребенком только тогда, когда ребенок не может быть передан на воспитание или помещен в семью, которая в состоянии была бы обеспечить его воспитание или усыновление, и если обеспечение какого-либо подходящего ухода в стране происхождения ребенка является невозможным.

2. Дела об усыновлении детей – граждан РФ иностранными гражданами осуществляется судами субъектов РФ: верховным судом республики, краевым, областным судом, судом города федерального значения, автономной области и автономного округа, по месту проживания или нахождения усыновляемого ребенка. Новое Постановление, в отличие от прежнего, уточняет вопрос о подсудности в отношении иностранных граждан. В частности, в 
п. 1 указано, что в указанные суды также подают заявления иностранные граждане или лица без гражданства, в том числе и в случаях, когда они постоянно проживают на территории Российской Федерации, поскольку ч. 2 ст. 269 ГПК РФ для названных лиц не предусмотрена возможность изменения родовой подсудности дел об усыновлении в зависимости от их места жительства. Если данные лица состоят в браке с гражданами Российской Федерации, с которыми постоянно проживают на территории Российской Федерации, и желают усыновить (удочерить) пасынка (падчерицу), являющегося гражданином Российской Федерации, либо желают совместно с мужем (женой) усыновить иного ребенка – гражданина Российской Федерации, то, учитывая, что ГПК РФ не устанавливает специальной подсудности таких дел, она определяется исходя из общих правил. Поскольку одним из усыновителей является иностранный гражданин либо лицо без гражданства, эти дела также подсудны соответственно верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области и суду автономного округа по месту жительства ребенка (ч. 2 ст. 269 ГПК РФ).

3. Также имеется особенность в документах, которые прилагаются к заявлению об усыновлении. Все представленные документы должны быть удостоверены компетентным органом страны, в которой документ был совершен, посредством проставления на каждом документе «апостиля». Граждане государств, не являющихся участниками Гаагской конвенции, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов от 
5 октября 1961 г. (к которой Российская Федерация присоединилась 31 мая 1992 г.)
[4], представляют документы, легализованные в установленном порядке. После легализации или удостоверения посредством проставления «апостиля» документы должны быть переведены на русский язык и перевод нотариально удостоверен в консульском учреждении Российской Федерации либо в органах нотариата на территории Российской Федерации (пп. «г» п. 14 Постановления № 8 2006 г.).

4. Положительной новеллой с практической точки зрения является разъяснение, касающееся медицинского заключения кандидатов в усыновители. Так, проанализировав Приказ Минздрава РФ от 10 сентября 1996 г. № 332 «О порядке медицинского освидетельствования граждан, желающих стать усыновителями, опекунами (попечителями) или приемными родителями»[5], можно прийти к выводу, что освидетельствование в медицинских учреждениях, указанных в приказе, осуществляется в отношении граждан РФ либо иностранных граждан, проживающих на территории РФ, т. к. «освидетельствование, при необходимости дополнительное обследование, осуществляется в учреждении здравоохранения по месту жительства кандидата». Следовательно, для иностранных граждан, не проживающих на территории РФ, не установлена форма медицинского заключения, а также органы, которые могут осуществлять такое освидетельствование. И на практике такое заключение давалось частнопрактикующими врачами, что нередко вызывало сомнение в достоверности указанных сведений. По данному вопросу существовало Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 апреля 2004 г. № 35-Г04-4: по делу по заявлению граждан Испании супругов Л. и С. об установлении усыновления по кассационной жалобе Л. и С. на решение Тверского областного суда от 16 февраля2004 г., которым в удовлетворении заявления отказано. Граждане Испании супруги Л., 11 января 1960 г. рождения и С., 4 сентября 1965 г. рождения, состоящие в браке с 19 августа 2000 г., обратились в суд с заявлением об установлении усыновления Г. А., родившегося 19 февраля 1988 г. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не нашла оснований для ее удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 165 Семейного Кодекса РФ при усыновлении на территории Российской Федерации иностранными гражданами или лицами без гражданства ребенка, являющегося гражданином Российской Федерации, должно применяться не только иностранное законодательство, но и в целях защиты интересов детей соблюдаться требования российского законодательства: ст. 124–126, 127 (за исключением абз. 8 п. 1), ст. 128 и 129, 130 (за исключением абз. 5), ст. 131–133 СК с учетом положений международного договора Российской Федерации о межгосударственном сотрудничестве в области усыновления детей. Таким образом, усыновление в данном случае Г. А., являющегося гражданином Российской Федерации, усыновителями – гражданами Испании, должно производиться с соблюдением требований, установленных законодательством Российской Федерации. Статья 127 СК предусматривает, что усыновителями могут быть совершеннолетние лица обоего пола, за исключением лиц, которые по состоянию здоровья не могут осуществлять родительские права. Перечень заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную семью, устанавливается Правительством Российской Федерации. Такой Перечень заболеваний утвержден постановлением Правительства РФ от 1 мая 1996 г. № 542. В целях выявления возможного наличия указанных в этом Перечне заболеваний у лиц, желающих усыновить детей, ими представляется медицинское заключение о состоянии здоровья (как при постановке на учет в качестве кандидатов в усыновители, так и при обращении в суд с заявлением об усыновлении ребенка), которое позволяет сделать вывод об отсутствии у них противопоказаний для выполнения обязанностей по воспитанию ребенка. Положение медицинского освидетельствования граждан, желающих стать усыновителями, и форма медицинского заключения по результатам освидетельствования гражданина, желающего усыновить ребенка, выдаваемого государственным учреждением здравоохранения, утверждены приказом Министерства здравоохранения РФ от 
10 сентября 1996 г. № 332 «О порядке медицинского освидетельствования граждан, желающих стать усыновителями, опекунами (попечителями) или приемными родителями». Пункт 1 ст. 271 ГПК РФ также предусматривает обязанность приобщения к заявлению об усыновлении документов, медицинского заключения о состоянии здоровья усыновителей. Таким образом, вышеназванные нормы ГПК РФ обязывают иностранных граждан к заявлению об усыновлении детей, являющихся гражданами Российской Федерации, приобщать медицинское заключение, полученное в установленном Министерством здравоохранения РФ порядке и по определенной форме. Из материалов дела усматривается, что такое заключение заявителями в суд не представлялось»
[6].

Постановление № 9 не разъясняло данную ситуацию, в результате чего одни суды требовали заключение, выданное в порядке, установленном российским законодательством, другие суды принимали заключения, оформленные согласно иностранному законодательству. Новое Постановление № 8 за 2006 г. в пп. «ж» п. 14 устанавливает, что при подготовке дела об усыновлении к судебному разбирательству или при рассмотрении его по существу в необходимых случаях судья вправе обязать кандидата в усыновители представить медицинское заключение, полученное в порядке, установленном для граждан Российской Федерации (п. 4 ч. 1 и ч. 2 ст. 271 ГПК РФ). Таким образом, можно сделать вывод, что иностранным гражданам, желающим усыновить детей – граждан РФ, необходимо руководствоваться Приказом Минздравоохранения от 10.09.1996 № 332, а судам следует учитывать данное положение, так как это является гарантией защиты прав ребенка.

5. Необходимо акцентировать внимание на проверке факта не возможности усыновления ребенка на территории Российской Федерации. Еще в 1998 г. Паршуткин В. В. и Львова Е. отмечали, что очень важным в рамках судебного разбирательства об установлении усыновления является рассмотрение вопроса о том, действительно ли до момента передачи этих сведений иностранцам со сведениями о ребенке знакомились российские усыновители. Они указывали, что установление определенного числа актов ознакомления со сведениями о ребенке российских усыновителей явилось бы реальной мерой по защите их права на приоритетное усыновление перед иностранцами. Кроме того, полезной была бы и практика привлечения в качестве свидетелей в делах об усыновлении российских детей иностранцами тех российских граждан, которым, по утверждению органов опеки и попечительства и региональных управлений образования, предоставлялись сведения об этих детях. В рамках судебного заседания важно установить, при каких обстоятельствах и в каком объеме передавались эти сведения, соответствовали ли они реальному состоянию ребенка. Как показывает практика усыновления, нахождение сведений о детях в банках данных (муниципальных, региональных и центральном) только формальность. Реально, еще до постановки на учет, к конкретному ребенку «прикрепляется» представитель иностранного усыновительного агентства; информация же о таком ребенке тщательно охраняется от россиян. В представляемых суду справках, что со сведениями о детях знакомились российские усыновители, часто приводятся вымышленные фамилии»[7].

Так, в Определении ВС РФ от 22.06.2001 № 65-Г01-02 Судебная коллегия по гражданским делам по протесту прокурора на решение суда Еврейской автономной области постановила: «Гражданка США Джудит Энн Пеппер обратилась в суд с заявлением об установлении усыновления И. Дмитрия Владимировича, родившегося 11 ноября 1996 г., находящегося в Специализированном доме ребенка г. Биробиджана. Родители отказались от ребенка сразу после рождения. За все время пребывания его в детских учреждениях никто не интересовался Димой, и не навещал его, желающих усыновить Диму на территории ЕАО не имеется. Решением областного суда Еврейской автономной области от 11 мая 2001 г. заявление П. об установлении усыновления И. Дмитрия Владимировича было удовлетворено.

Суд установил, что Дмитрий родился 11 ноября 1996 г. в г. Биробиджане. Мать мальчика, И. Ольга Сергеевна, 12 ноября 1996 г. отказалась от ребенка. Отец мальчика, И. Владимир Викторович, отказался от него 13 ноября 1996 г. С момента рождения Дима находился в детской областной больнице, а с сентября 1997 г. переведен в специализированный детский дом, где и воспитывается до настоящего времени. 9 октября 1998 г. Дима был поставлен на централизованный учет в федеральный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей, но возможность в установленные законодательством сроки передать его на воспитание в семью граждан России не представилась.

В протесте прокурора, как на основание для отмены решения суда, было указано на то, что на первичный учет в мэрии г. Биробиджана ребенок поставлен 13.05.1998, на региональный – 09.08.1998, тем самым были нарушены требования ст. 122 Семейного кодекса РФ и Постановления Правительства РФ № 919 от 03.08.1996 г. «Об организации централизованного учета детей, оставшихся без попечения родителей, которыми предусмотрены трехдневный и месячный срок для постановки ребенка на первичный и региональный учет соответственно. Кроме того, по мнению прокурора, при рассмотрении дела не установлено, что органы исполнительной власти принимали необходимые меры к устройству ребенка в семью граждан, проживающих на территории Еврейской автономной области, г. Биробиджана. Между тем в материалах дела имеется справка отдела образования Правительства ЕАО о том, что из-за состояния здоровья ребенка не представилась возможность устроить ребенка в семьи российских граждан.

Однако коллегия Верховного Суда РФ пришла к другим выводам:

Данных о том, что имелись российские кандидаты, желающие усыновить мальчика в период с ноября 1996 г. по февраль 2001 г., суду представлены не были. С момента его постановки на первичный учет (13.05.1998) до момента судебного заседания прошло почти три года. Данных о том, что кто-то из граждан России хотел и не смог усыновить мальчика в возрасте Димы, или что кому-то из них Дима не был показан за это время, суду также представлено не было. На сегодняшний день в исследованном судом журнале учета кандидатов в усыновители кандидатов российских усыновителей нет. Суд указал, что при таких условиях факт несвоевременной постановки Димы на учёт не может рассматриваться как основание для отказа в удовлетворении заявления иностранного усыновителя, поскольку в суде доказано, что такое усыновление производится в интересах ребёнка. В это время он юридически остался без попечения родителей, которые оформили отказ от ребенка, информация в органы опеки для дальнейшего устройства его в семью администрацией больницы не была подана по тем причинам, что родители мальчика во время нахождения его в больнице интересовались его судьбой. В доме ребенка в это время воспитывался брат Димы, Сергей, 1995 года рождения, который не был свободен для усыновления, так как родители от него не отказывались. В это же учреждение планировался перевод Димы после прохождения курса лечения, и была вероятность, что родители заберут обоих братьев в семью после проведенного лечения и реабилитации. Наличие врожденной патологии у Димы в раннем возрасте могло привести к инвалидности ребенка; стоял вопрос об удалении больного органа, поэтому потребовалось столь длительное лечение ребенка в условиях стационара. После поступления Димы в Дом ребенка понадобилось время для того, чтобы убедиться, что родители его судьбой не интересуются и не планируют забрать в свою семью, так как брата Сергея они навещали в доме ребенка регулярно и в конечном итоге забрали его и выехали с ним на постоянное место жительства в Израиль. Суд указал, что ошибочны и доводы протеста о том, что судом не было установлено, кому из российских усыновителей предлагался Дима, и что управлением образования Правительств а ЕАО не было предпринято достаточных мер для устройства ребенка в семьи российских граждан. Дом ребенка – единственное учреждение в ЕАО, в котором воспитываются дети раннего возраста, оставшиеся без попечения родителей. Ежегодно до 30 детей с гораздо меньшими проблемами, чем у Димы, в состоянии здоровья и психоречевом развитии, свободны для усыновления. С ноября 1996 г. по настоящее время российскими гражданами из Дома ребенка было усыновлено всего 8 детей, из них мальчиков – 5, и только один из них был старше трёх лет, остальным детям было по 6 месяцев. Информация о Диме, как о мальчике, свободном для усыновления, имеется во всех отделах образования районных администраций и мэрии г. Биробиджана (информационное письмо управления образования Правительства ЕАО от 27.10.98 № 643 имеется в деле). В суде по ходатайству прокуратуры были исследованы журналы учета российских и иностранных кандидатов в усыновители. Замечаний по их ведению у прокурора не было»[8].

Таким образом, мы видим, что суд не посчитал несвоевременную постановку на учет нарушением норм материального права, которые могли бы повлечь отмену решения.

В другом деле, рассмотренном 12 января 1999 г. Судебной коллегией по гражданским делам, была рассмотрена кассационная жалоба на решение Омского областного суда об отказе в усыновлении:

Коллегия оставила жалобу без удовлетворения, указав, что, как видно из дела, перечисленные требования международного права и российского законодательства при решении вопроса об усыновлении несовершеннолетнего ребенка не соблюдены; порядок организации централизованного его учета нарушен: предусмотренная постановлением Правительства Российской Федерации от 15.09.1995 процедура учета детей, оставшихся без попечения родителей, не выполнена, месячный срок постановки ребенка на региональный, а затем и федеральный учет соответствующими органами Омской области не соблюден, так как сведения в отношении Дмитрия в государственный банк его учета на федеральном уровне с целью устройства на воспитание в семью граждан России были направлены лишь через 9 месяцев после постановки его на региональный учет. Более того, как установил суд, необходимых мер по устройству ребенка в семью граждан, проживающих на территории Омской области и другой территории Российской Федерации (как это предусмотрено законодательством), органами исполнительной власти не принималось. В опубликованной 29 апреля 1998 г. в газете «Омский вестник» в статье в отношении Дмитрия содержалась информация, не соответствующая его фактическому (лучшему) состоянию здоровья, что препятствовало обращению граждан России по вопросу усыновления Дмитрия»[9].

В данном деле суд признал, что не была соблюдена процедура постановки на учет, в результате данного нарушения не соблюден приоритет усыновления гражданами РФ.

В настоящее время Постановление № 8 2006 г., в отличие от ранее действовавшего Постановления № 9, указывает в пп. «а» 
п. 14, что при подготовке дела к судебному разбирательству судье необходимо истребовать от органа опеки и попечительства документы, подтверждающие невозможность передачи ребенка на воспитание в семью граждан Российской Федерации или на усыновление родственникам ребенка независимо от гражданства и места жительства этих родственников, документ, подтверждающий наличие сведений об усыновляемом ребенке в федеральном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, а также документы, содержащие информацию о предпринятых органами опеки и попечительства, региональным и федеральным оператором мерах по устройству (оказанию содействия в устройстве) ребенка, оставшегося без попечения родителей, на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации (п. 7 ч. 2 ст. 272 ГПК РФ, ст. 6 Федерального закона от 16 апреля 2001 г. № 44-ФЗ «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей»). При исследовании названных документов следует, в частности, проверить: с какого времени сведения о ребенке находились в федеральном банке данных о детях, правильно ли были указаны сведения о ребенке (о его возрасте, состоянии здоровья и другие), предлагался ли он на воспитание в семьи граждан Российской Федерации, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, либо на усыновление его родственникам и, если предлагался, то по каким причинам указанные лица отказались от принятия ребенка на воспитание в семью (на усыновление, под опеку (попечительство), в приемную семью). В целях всесторонней проверки указанных обстоятельств суд вправе допросить в качестве свидетелей родственников ребенка, а также лиц, которые знакомились со сведениями о ребенке и отказались от его усыновления или семейного воспитания в иных формах.

Таким образом, суд при рассмотрении заявления об усыновлении теперь вправе вызывать свидетелей, что, на наш взгляд, является гарантией соблюдения прав ребенка, поскольку суд теперь имеет возможность удостовериться в соблюдении органами опеки и попечительства законодательства об учете детей, оставшихся без попечения родителей, а также проверить, были ли предприняты все меры для устройства данного ребенка в семью.

6. Данная категория дел практически всегда рассматривается с привлечением переводчика. На практике суды не акцентировали внимание на данном участнике судебного процесса. Новое Постановление № 8, в отличие от старого, указывает, что при решении вопроса о допустимости участия в деле переводчика суду следует выяснить место его работы, жительства, обстоятельства знакомства с заявителями, а также, не является ли он бывшим либо действующим работником органа опеки и попечительства или учреждений, в которых воспитываются дети, подлежащие усыновлению. Установление данных обстоятельств необходимо для того, чтобы не допустить фактов незаконной посреднической деятельности лиц в процедуре усыновления детей (ст. 126 СК РФ). В случае установления указанных фактов, а также при наличии иных оснований для отвода суд может по своей инициативе решить вопрос об отводе переводчика (ст. 16, 18, 19 ГПК РФ).

Все выше указанное свидетельствует, что на практике при рассмотрении заявлений об усыновлении ребенка иностранными гражданами возникали различные значимые вопросы. При рассмотрении таких дел суд решает судьбу ребенка. Постановление Пленума ВС РФ № 8 от 20.04.2006 было необходимо, так как прежнее постановление носило поверхностный характер и не разрешало многих вопросов. Новое Постановление отвечает потребностям практики и нацелено на соблюдение прав и законных интересов не только ребенка, но и иных участников данного процесса.

 



[1] Абрамова С. А. Усыновление детей иностранными гражданами – «за» и «против» // Политика и право : уч. зап. Благовещенск, 2004. Вып. 4. С. 107.

[2] Селиверстова О. Ю. Социальные вопросы под контролем [Электронный ресурс] // Сайт Депутата Государственной Думы Селиверстовой О.Ю. Статьи и Публикации. http// www.seliverstova.ru (27 апр. 2005).

[3] Декларация о социальных и правовых принципах, касающихся защиты и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и их усыновлении на национальном и международном уровнях: Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 3 декабря 1986 г. № 41/85// Гарант [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

[4] Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов// Бюллетень международных договоров. 1993. № 6. С. 16.

[5] О порядке медицинского освидетельствования граждан, желающих стать усыновителями, опекунами (попечителями) или приемными родителями: Приказ Минздрава РФ от 10 сентября 1996 г. № 332 // Бюлл. нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1996. № 8.

 

[6] К заявлению иностранных граждан об усыновлении детей, являющихся гражданами РФ, должно быть приобщено медицинское заключение, полученное в установленном Минздравом РФ порядке и по определенной форме: определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 апреля 2004 г. № 35-Г04-4 // Гарант [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

[7] Паршуткин В.В., Львова Е Особенности рассмотрения судами дел об усыновлении (удочерении) детей иностранцами // Рос. юстиция. 1998. № 11. С. 39.

[8] Решение суда об установлении усыновления ребенка иностранным гражданином является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам протеста прокурора нет: определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22 июня 2001 г. № 65-Г01-02 // Гарант [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

[9] Вывод суда об отказе в удовлетворении заявления об установлении усыновления иностранными гражданами несовершеннолетнего ребенка признан правильным: Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12 января 1999 г. № БВСР 99-7 // Бюлл. Верховного Суда Российской Федерации. 1999. № 7.