Обзоры практики

К. С. Безик – преподаватель

кафедры гражданского права

Юридического института ИГУ

 

Обзор по результатам обобщения практики рассмотрения арбитражными судами дел об изменении и расторжении

договоров в связи с существенным изменением обстоятельств вследствие кризисных явлений в экономике

 

Влияние изменения обстоятельств на договорное обязательство на протяжении веков вызывает интерес у представителей юридической науки. Как отмечает Б.Л. Хаскельберг: «В науке гражданского права вопрос о влиянии изменившихся обстоятельств, при которых был заключен договор, известен как вопрос о кляузуле (кляузуля ребус зик стандибус)»[1]. Доктрина «clausula rebus sic stantibus» (оговорки о неизменности обстоятельств) исторически явилась первым обоснованием допустимости исключения из известного принципа «pacta sunt servanda» (договоры должны исполняться).

В литературе указывается: «Разработанная в XIII в. глоссаторами доктрина clausula rebus sic stantibus предусматривала наличие во всех договорах подразумеваемой оговорки о том, что в случае значительного изменения обстоятельств он теряет свою силу»[2]. При этом, на самом деле, точное время разработки и автора доктрины установить сложно. К.Е. Чистяков находит истоки доктрины в сочинениях Цицерона и Сенеки.[3]

Разработка доктрины clausula rebus sic stantibus объяснялась стремлением смягчить строгость принципа pacta sunt servanda, безусловное применение которого нередко приводило к несправедливому результату. Однако до двадцатого века в законодательстве и практике различных государств доктрина получила достаточно слабое распространение. Причиной этому являлась нецелесообразность ее применения в условиях развивающегося буржуазного общества, когда принцип строгого исполнения договоров при любых изменениях конъюнктуры являлся залогом стабильности гражданского оборота. Двадцатый век, отметившийся глобальными потрясениями, подчас фундаментально менявшими экономические условия жизни, заставил изменить этот подход.

Впервые необходимость учета существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, остро проявила себя в результате Первой Мировой войны. При этом теоретическое обоснование возможности одностороннего выхода из договорных отношений при существенном изменении обстоятельств достаточно далеко отошло от старой концепции «подразумеваемой оговорки». Однако отечественное законодательство и практика, в отличие от ряда европейских аналогов, не предоставляли сторонам договорных отношений возможности в одностороннем порядке изменить или расторгнуть договор вследствие изменения обстоятельств вплоть до принятия части первой действующего Гражданского кодекса РФ[4] (далее – ГК РФ).

Статья 451 ГК РФ впервые допустила изменение и расторжение договоров в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. Анализ положений данной статьи и характеристика признаков существенного изменения обстоятельств ранее нами уже проводились[5]. Ограничимся перечислением указанных признаков: непредвиденность изменения обстоятельств сторонами договора; последующее искажение воли сторон договора; субъективная существенность изменения обстоятельств; объективная существенность изменения обстоятельств; невиновность заинтересованной стороны в непреодолении причин изменения обстоятельств после их возникновения; отсутствие возложения на заинтересованную сторону риска изменения обстоятельств; существование возможности исполнения договора и после изменения обстоятельств; отсутствие влияния сторон договора на возникновение причин изменения обстоятельств.

Поскольку отечественное законодательство устанавливает очень большое количество обязательных признаков существенного изменения обстоятельств, кризисные явления в экономике далеко не всегда рассматриваются в России как основание для изменения или расторжения договора. В этом отношении показательно интервью председателя Высшего Арбитражного Суда РФ (далее – ВАС РФ) А.А. Иванова, в котором сравниваются современный кризис и кризис 1998 года: «И если уж тогда суды не расторгали и не пересматривали договоры на основании статьи 451 Гражданского кодекса, сомневаюсь, что практика пойдет по этому пути сейчас, когда падение рынка не столь значительное, как 10 лет назад»[6].

Действительно, во многих случаях в исках об изменении или расторжении договоров, обоснованных существенным изменением обстоятельств в результате кризиса, арбитражные суды отказывают. Основные причины таких решений следующие.

Во-первых, во многих судебных актах указывается на отсутствие у экономического кризиса признака непредвиденности: «Такие обстоятельства, как финансовый кризис 1998 года, вызванный резким падением курса рубля по отношению к американскому доллару, стороны могли предвидеть при заключении договора, поскольку аналогичные процессы уже имели место в большей или меньшей степени на протяжении последних 10 лет»[7]. Справедливость такого вывода небесспорна, особенно если учесть, что кризис 1998 года (так называемый «дефолт») был вызван действиями федеральных органов исполнительной власти, предсказать которые вряд ли было возможно. Однако следует признать, что подход арбитражных судов дает основания понимать под «непредвиденностью» изменений их явную непредсказуемость, необычность и радикальность.

В отношении недавнего финансового кризиса в ряде актов арбитражных судов также указывается на отсутствие у него признака непредвиденности. Так, в частности, отмечается, что «финансовый кризис и неблагоприятная экономическая ситуация не являются существенными изменениями обстоятельств, наступления которых истец не мог предвидеть в момент заключения договора… изменение денежно-кредитной и валютной политики, вызванное мировым финансовым кризисом, само по себе нельзя расценивать как существенное изменение обстоятельств»[8]. В одном из Определений ВАС РФ дословно воспроизводится часть приведенной выше формулировки о том, что «финансовый кризис и неблагоприятная экономическая ситуация не являются существенными изменениями обстоятельств, наступления которых истец не мог предвидеть в момент заключения договора»[9].

Отсутствие признака непредвиденности, по мнению правоприменителей, может подтверждаться самим содержанием договора: «Отказывая в расторжении договора, суд правильно указал, что отсутствует одно из условий, необходимых для расторжения, а именно: в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет. Поскольку п. 5.3 договора аренды N 361 А-98 от 29.05.98 предусмотрена возможность изменения размера арендной платы по соглашению сторон, в момент заключения договора стороны исходили из того, что изменение обстоятельств возможно, в том числе и возрастание арендной платы»[10].

Во-вторых, арбитражные суды не всегда признают, что изменение обстоятельств во время кризиса вызвано причинами, в непреодолении которых заинтересованная сторона невиновна: «Правомерен вывод суда об отсутствии условия ч. 2 ст. 451 ГК РФ о том, что изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона (истец) не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора. Как указывалось выше, истец, заключив спорный договор, взял на себя обязательство по возврату денежных средств без изменения цены, в связи с чем каждая из сторон приняла риск повышения или понижения цен в рублевом эквиваленте»[11].

В-третьих, как и в выше приведенном примере, арбитражные суды иногда рассматривают отдельные условия договора, а также предпринимательский характер договорных отношений в целом в качестве доказательства принятия заинтересованной стороной на себя риска изменения обстоятельств: «Хотя в момент заключения договора стороны, возможно, не предполагали и не предвидели резкого изменения курса доллара США, произошедшего после 17.08.98, тем не менее, включая в договор условие, предусматривающее оплату стоимости поставленного товара в сумме, определенной в зависимости от официального курса доллара США на дату оплаты, одна из сторон (поставщик – ответчик) стремилась избежать риска, связанного со значительным изменением курса доллара, очевидно исходя из того, что предметом договора являлась продукция импортного производства, стоимость которой изменяется в соответствии с повышением курса доллара, а другая сторона (покупатель – истец) принимала на себя этот риск»[12].

В актах арбитражных судов встречается еще более широкое толкование категории «риск изменения обстоятельств». Так, в одном из дел истец (абонент) просил арбитражный суд изменить договор электроснабжения, обосновывая свой иск существенно изменившимися обстоятельствами. К числу последних истцом были отнесены «изменение курса иностранной валюты по отношению к рублю; увеличение размера заработной платы; изменение тарифов на электроэнергию (в сторону увеличения); изменение тарифов на перевозку грузов железнодорожным транспортом; остановку производственной деятельности предприятия; вывод из эксплуатации оборудования и снижение потребляемой мощности электроэнергии»[13]. Арбитражный суд первой инстанции, поддержанный окружным судом, указал, что «обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование заявленных требований, не являются существенными обстоятельствами применительно к правилам статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, они лишь связаны с его предпринимательской деятельностью, риск которой лежит на лице, ее осуществляющем»[14]. Однако стоит отметить, что изменение курса иностранной валюты в приведенном примере не было вызвано кризисом. Это не позволяет однозначно утверждать, что любое колебание курсов валют всегда охватывается риском предпринимателей.

В-четвертых, арбитражные суды иногда полагают, что изменение или расторжение договора вследствие экономического кризиса нарушит принцип юридического равенства сторон: «При определении соотношения имущественных интересов сторон следует учитывать, что кредитные организации осуществляют свою деятельность также в условиях кризиса; значительное увеличение сроков возврата кредита одному заемщику нарушает принцип равенства условий кредитования иных заемщиков, а массовое изменение планов оборачиваемости выдаваемых денежных средств может существенно нарушить имущественные интересы кредитора»[15].

Подобное обоснование встречалось в практике арбитражных судов и ранее, что подтверждается уже цитированным выше Постановлением: «Поскольку предметом договора является продукция импортного производства, повышение курса доллара в равной степени затрагивает интересы как истца, так и ответчика, который, в свою очередь, должен произвести или произвел расчеты за поставленную им продукцию исходя из стоимости, определенной в иностранной валюте»[16].

Иногда арбитражные суды подчеркивают, что «финансовый кризис явился объективным обстоятельством, в условиях которого оказались все хозяйствующие субъекты»[17]. Это позволяет поставить под сомнение возможность признания такого кризиса существенным изменением обстоятельств.

Данное обоснование вызывает критику в литературе, поскольку, как отмечается, не основано на законе: п. 2 ст. 451 ГК РФ «не ставит возможность расторжения договора в зависимость от круга лиц, интересы которых затронуло изменение обстоятельств»[18]. В то же время стоит признать, что в различных ситуациях кризис может как нарушать, так и не нарушать соотношение имущественных интересов сторон по договору. В последнем случае, когда изменения обстоятельств «симметрично» влияют на интересы сторон договора, отсутствует объективная существенность изменения обстоятельств. В таких случаях отказ в удовлетворении иска об изменении или расторжении договора является правомерным.

Отсутствие признака объективной существенности изменения обстоятельств, как представляется, в итоге было установлено по следующему делу: В арбитражный суд обратилась индивидуальный предприниматель Кулиш Л.И. (арендатор) с требованием расторгнуть договор аренды нежилого помещения, ссылаясь на ст. 451 ГК РФ и мотивируя требования «нецелесообразностью и экономически невыгодным использованием арендуемого помещения» Арбитражный суд первой инстанции удовлетворил исковые требования, указав, что «на момент заключения договора стороны по объективным причинам не могли предвидеть значительное ухудшение финансово-экономической ситуации в стране и в Мурманской области, в частности, оказавшее негативное влияние на покупательскую способность населения и, как следствие, повлекшее экономическую нецелесообразность (убыточность) предпринимательской деятельности истца в сфере торговли. Данное обстоятельство является объективной реальностью и в силу своей природы не может быть преодолено сторонами, исполнение договора без изменения его условий нарушает имущественные интересы Кулиш Л.И.». Арбитражный суд апелляционной инстанции отменил принятое по делу решение и оставил иск без удовлетворения, исходя из того, что «истец не доказал наличия одновременно всех условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 451 ГК РФ, необходимых для расторжения договора аренды; финансовый кризис и неблагоприятная экономическая ситуация не являются существенными изменениями обстоятельств, наступления которых истец не мог предвидеть в момент заключения договора». Арбитражный суд кассационной инстанции указал, что «апелляционный суд сделал правильный вывод об отсутствии оснований для расторжения договора, так как снижение покупательской способности населения, вызванное мировым финансовым кризисом, само по себе нельзя расценивать как существенное изменение обстоятельств»[19]. Таким образом, арбитражные суды апелляционной и кассационной инстанции сделали акцент на разных основаниях для отказа в удовлетворении иска. Апелляционная инстанция сослалась на отсутствие признака непредвиденности изменения обстоятельств, а кассационная – на отсутствие признака объективной существенности такого изменения.

Как видно, арбитражные суды отказывают в изменении или расторжении договора, если какие-либо признаки существенного изменения обстоятельств в том или ином случае не были установлены. В то же время, если определенному проявлению экономического кризиса присущи все признаки существенного изменения обстоятельств, арбитражные суды принимают решения об изменении или расторжении договора. Такие решения принимались после дефолта 1998 года: «В момент заключения договора аренды от 27.02.96 стороны исходили из того, что существенных изменений, связанных с инфляцией, в стране не произойдет. В августе 1998 года отмечен значительный рост инфляции, данное обстоятельство доказыванию не подлежит. Устранить последствия данного роста инфляции без изменения условий договора не представляется возможным»[20].

Зачастую при этом арбитражные суды ограничивались перечислением признаков существенного изменения обстоятельств, признавая, что в рассматриваемом случае каждый из них имеет место: «Арбитражный суд, оценив в соответствии со ст. 59 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства и с учетом наличия одновременно условий, перечисленных в п. 2 ст. 451 ГК РФ, обоснованно расторг договор в связи с существенно изменившимися обстоятельствами - финансовый кризис и резкое увеличение курса доллара США, в условиях которого исполнение договора без изменения его условий, касающихся порядка оплаты технологического оборудования, существенно нарушил бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон»[21].

Иногда арбитражные суды ограничивались краткой констатацией факта: «Финансово-экономический кризис является основанием для изменения сторонами условий договора о размере арендной платы, как в добровольном, так и в судебном порядке в связи с существенными изменениями обстоятельств (статья 451 Гражданского кодекса РФ)»[22].

Случаи признания проявлений экономического кризиса основаниями изменения и расторжения договоров известны и сейчас: «Суд согласился с доводами истца о наличии оснований для расторжения предварительного договора аренды в порядке статьи 451 ГК РФ, указав на то, что на момент заключения договора истец рассчитывал на получение кредита в банке, на сохранение высоких доходов супруги, при этом предвидеть наступление экономического кризиса осенью 2008 года и преодолеть его последствия не мог. В том числе судом принят во внимание факт прекращения истцом предпринимательской деятельности»[23].

Косвенным подтверждением того, что кризисные явления в экономике могут рассматриваться как основания для изменения или расторжения договора, служат материалы следующего дела: Застройщик обратился в арбитражный суд с требованием о расторжении договора об инвестиционной деятельности в строительстве, ссылаясь на то, что с момента заключения данного договора по не зависящим от него причинам произошло значительное увеличение сметной стоимости строительства, а ответчик отказался от увеличения размера инвестиционного вклада. Арбитражные суды первой, апелляционной и кассационной инстанции не признали обоснованности исковых требований. Однако при этом арбитражный суд кассационной инстанции отметил: «Арбитражный суд обоснованно сослался на отсутствие кризисных явлений в области экономики в спорный период, указав при этом, что уровень инфляции в 2007 году не превысил прогнозируемой величины. Судом также приняты во внимание представленные истцом данные о том, что цены на материалы и строительно-монтажные работы в спорный период выросли на 68%, в то же время рыночные цены на недвижимость (квартиры) возросли в 2,3 раза, то есть доход от реализации квартир покрывает возросшие издержки истца»[24]. Логически развивая приведенную позицию, можно сделать вывод, что если бы в спорный период имел место кризис, решение арбитражного суда могло быть иным, положительным для истца.

Подводя некоторые итоги, можно отметить, что практика признания арбитражными судами различных проявлений кризиса основаниями для изменения и расторжения договоров единична. По-видимому, это во многом объясняется неопределенностью самого понятия «экономический кризис». С уверенностью можно сказать, что единых критериев, с помощью которых можно установить наступление кризиса, не существует. В связи с этим вопрос о доказывании наличия кризисных явлений может легко решаться только в условиях, когда факт их существования является общеизвестным.

В то же время общеизвестность кризиса в момент заключения договора сама по себе устраняет признак непредвиденности изменения обстоятельств. Об этом свидетельствует следующая выдержка из судебного акта: «Суды, дав надлежащую оценку дополнительному соглашению от 01.12.2008 к договору аренды, пришли к выводу о том, что сторонами вновь согласован размер арендной платы применительно к сложившейся экономической ситуации, поскольку по состоянию на 01.12.2008 сведения о финансовом кризисе были широко известны, в связи с чем на момент заключения дополнительного соглашения общество КБ "Социальный городской банк" могло и должно было прогнозировать возможное снижение своей платежеспособности»[25].

Следует отметить и относительность понятия «кризис»: для национальных экономик разных стран одинаковое состояние может оцениваться по-разному. Так, нормальный, запланированный уровень инфляции в России, скорее всего, будет слишком высок для стран Западной Европы, что будет рассматриваться в них как кризис.

Важно учитывать, что экономический кризис не является основанием изменения или расторжения договора сам по себе. Для изменения или расторжения договора необходимо наличие причинно-следственной связи между кризисными явлениями в экономике и неблагоприятным влиянием на конкретную договорную связь (то есть необходимо устанавливать наличие признаков субъективной и объективной существенности изменения обстоятельств в результате кризиса).

В связи с изложенным представляет интерес сравнение подходов арбитражных судов к проявлениям кризиса и проводимым в стране реформам. По одному из дел арбитражные суды первой, апелляционной и кассационной инстанции признали существенным изменением обстоятельств «проведение в стране реформы электроэнергетики», в результате чего арендатор был вынужден передать свое имущество другому лицу и не мог пользоваться арендованным объектом. Суд кассационной инстанции признал правомерным удовлетворение иска о расторжении договора аренды и при этом указал: «Суд области пришел к правомерному выводу о том, что, заключая в 1994 году спорный договор аренды, стороны не могли предвидеть наступления вышеназванных обстоятельств, связанных с принятием Федеральных законов "Об электроэнергетике" N 35-ФЗ от 26.03.2003, "Об особенностях функционирования электроэнергетики в переходный период и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ и признании утратившими силу некоторых законодательных актов РФ в связи с принятием Федерального закона "Об электроэнергетике" N 36-ФЗ от 26.03.2003»[26]. Таким образом, с точки зрения арбитражных судов, реформы в большей степени обладают признаком непредвиденности, чем экономический кризис.

В то же время попытки представить последствия реформы в качестве кризиса встречают у арбитражных судов отрицательную реакцию. Так, по одному из дел истец предъявил требование в одностороннем порядке изменить условия оплаты за потребление тепловой энергии по договору на теплоснабжение. Основанием данного требования было указано «изменение существенных обстоятельств (экономическая нестабильность, финансовый кризис, прекращение деятельности ОАО РАО "ЕЭС России", смена собственников)»[27]. Арбитражные суды всех инстанций признали, что признаки существенного изменения обстоятельств, предусмотренные ст. 451 ГК РФ, в данном случае отсутствуют. При этом ВАС РФ, рассмотрев дело в порядке надзора, обратил особое внимание на то, что в исковом заявлении содержалось требование об изменении, а не о расторжении договора: «Причем частью 4 статьи 451 Кодекса определено, что изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях»[28]. В рассматриваемом деле исключительность случая доказана не была.

Представляет интерес изложенное в одном из актов арбитражных судов обоснование причины, по которой изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допустимо только в исключительных случаях: «Поскольку при изменении условий договора суд обязывает сторону исполнить договор на условиях, которые она заведомо считает для себя неприемлемыми, то, кроме установления наличия перечисленных в ст. 451 Кодекса четырех признаков существенных условий, Закон предусматривает дополнительное условие изменения договора - в исключительных случаях». Комментируя данную мысль, необходимо отметить, что, по всей видимости, измененные условия могут быть заведомо неприемлемы только для ответчика. Истец в случае неприемлемости для него изменения договора, скорее всего, просто не будет обращаться в арбитражный суд с соответствующим иском. Приведенную выше позицию правоприменителя не следует расценивать как доказательство существования у арбитражного суда права изменять договор по своей инициативе, без соответствующего обращения одной из сторон.

По результатам анализа материалов правоприменительной практики можно обнаружить еще одну тенденцию: арбитражные суды полагают, что проявления кризиса охватываются риском предпринимателей, участвующих в кредитных отношениях, а также включающих в свои договоры валютные оговорки. В то же время лица, занимающиеся обычной хозяйственной деятельностью (например, участвующие в арендных отношениях), не обязаны предвидеть возможность наступления кризиса, а его возникновение, по мнению арбитражных судов, зачастую не охватывается предпринимательским риском данных лиц.

Не случайно в литературе отмечается, что «несмотря на неоднозначность подходов, общая тенденция судебной практики по признанию отклонения договорных цен от рыночных в связи с течением времени (и тем более ввиду резкого колебания цен) существенным изменением обстоятельств носит положительный характер. Колебания курсов иностранных валют, напротив, оцениваются судебной практикой в контексте п. 2 ст. 451 ГК РФ скорее отрицательно»[29].

Представляется, что практику разной квалификации похожих явлений не следует считать недопустимой. Ряд перечисленных выше признаков существенного изменения обстоятельств носит субъективный характер, поэтому одинаковые последствия кризиса могут быть существенными для одного и не существенными для другого субъекта. Вполне логично, что разная предпринимательская деятельность предполагает разные риски, что в свою очередь влечет разную квалификацию схожих правовых явлений для субъектов разных правоотношений.

Кроме того, нужно учитывать, что значительное число обязательных признаков существенного изменения обстоятельств порождает очевидные сложности в доказывании. Недоказанность этих признаков влечет за собой отказ в иске об изменении или расторжении договора. Это создает еще один, процессуальный, барьер для применения норм об изменении и расторжении договоров в связи с существенным изменением обстоятельств.

Изложенное свидетельствует о том, что арбитражные суды крайне осторожно относятся к применению ст. 451 ГК РФ, стремясь, по всей вероятности, обеспечить стабильность гражданского оборота. По-видимому, такой подход соответствует воле законодателя, наделившего указанную статью ГК РФ характером редкого исключения из общего правила. 



[1] Хаскельберг Б.Л. Изменение и расторжение гражданско-правового договора // Состояние и проблемы развития российского законодательства / Под ред. В.Ф. Воловича. Томск, 1998. С. 95.

[2] Дудко А.Г. Существенное изменение обстоятельств как основание изменения или расторжения договора // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. 2000. № 1. С. 97.

[3] Чистяков К.Е. Влияние изменения обстоятельств на договорные обязательства. Красноярск, 2001. С. 58.

[4] Часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1994. N 32. Ст. 3301.

[5] Безик К.С. “Оговорка о неизменности обстоятельств” в современном российском гражданском праве // Актуальные проблемы правотворчества и правоприменительной деятельности : науч. - практ. конф. (Иркутск, 10 ноября 2007 г.) : материалы / Отв. ред. Н.Э. Шишкина. Иркутск, 2007. С. 55-58.

[6] Казьмин Д., Стеркин Ф. В помощь кредиторам // Ведомости. 2009. № 100. С. 1.

[7] Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 25 января 2000 г. Дело N КГ-А40/4646-99 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[8] Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 16 ноября 2009 г. N Ф09-8878/09-С3 Дело N А60-10229/2009-С1 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[9] Определение Высшего Арбитражного Суда  РФ от 27 апреля 2010 г. N 2912/10 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[10] Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 12 февраля 2001 года Дело N Ф09-80/01-ГК [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[11] Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 16 декабря 1999 г. Дело N КГ-А40/4125-99 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[12] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28 апреля 1999 г. N Ф08-727/99 Дело N А01-7-3-99 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[13] Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19.01.2006 N А33-23686/04-С1-Ф02-6957/05-С2 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[14] Там же.

[15] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 4 февраля 2010 г. по делу N А25-966/2009 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[16] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28 апреля 1999 г. N Ф08-727/99 Дело N А01-7-3-99 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[17] Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 августа 2001 г. No. 4876/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[18] Махненко Р.Н. Расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств // Арбитражная практика. 2005. № 7. С. 30.

[19] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 апреля 2010 г. по делу N А42-2857/2009 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[20] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11 ноября 1999 г. N Ф08-2394/99 Дело N А53-9869/98-С5-4 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[21] Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 3 ноября 1999 г. Дело N КГ-А40/3612-99 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[22] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 5 июля 2001 года Дело N Ф08-2003/2001 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[23] Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 10 ноября 2009 г. N КГ-А41/11592-09 Дело N А41-13282/09 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[24] Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 23 января 2009 г. N Ф10-6104/08 Дело N А35-1452/08-С25 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[25] Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 24 августа 2009 г. N Ф09-6069/09-С6 Дело N А50-476/2009 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[26] Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 28 ноября 2006 г. Дело N А23-781/06Г-8-101 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[27] Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 3 августа 2009 г. N А33-1180/09 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[28] Постановление Президиума ВАС РФ от 2 марта 2010 г. N 14265/09 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[29] Алещев И. Изменение и расторжение договоров в условиях кризиса // Эж-юрист. 2009. № 27. [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».