Обзоры практики

Управление по обеспечению

участия прокуроров

 

в рассмотрении уголовных дел судами

 

Обзор по результатам обобщения практики по поддержанию государственного обвинения

по уголовным делам об особо тяжких и тяжких преступлениях против личности

 

Преступления против личности рассматриваются в обществе как одни из наиболее тяжких и потому опасных преступлений.

На этапе участия государственного обвинителя в судебном следствии он представляет имеющиеся в деле доказательства, обеспечивая и способствуя всестороннему и объективному  исследованию каждого из них, а затем в прениях сторон первым выступает с речью, выражая государственную позицию по вопросам доказанности вины подсудимого, юридической квалификации его действий, виде и размере наказания, которое,  исходя из степени общественной опасности совершенного преступного деяния и данных о его личности, подсудимый должен понести.

Преступления, посягающие на жизнь и здоровье человека в ряду других преступлений против личности занимают особое место, поскольку вызывают определенные сложности при  расследовании, особенно когда они совершаются в условиях неочевидности.

Не простыми являются и вопросы квалификации таких преступлений, что вызывает необходимость постоянного обращения государственных обвинителей к нормам уголовного закона, комментариям и судебной практике.

Настоящие методические указания подготовлены  в целях повышения уровня  теоретической и практической подготовки государственных обвинителей, участвующих  в рассмотрении уголовных дел против личности.

 

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЛИЧНОСТИ

 

Человеческая жизнь строго охраняется уголовным законом любого государства, независимо от его социально-политического строя.

С принятием Конституции Российской Федерации 1993г. впервые в текст Основного закона нашей страны вошла емкая и лаконичная  формула ст. 20  « Каждый имеет право на жизнь».

Сделано это было принципиально верно, поскольку жизнь- это высшее благо человека как биологической особи и в то же время как существа социального: утрата жизни ничем не заменима и не восполнима.

Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации открывается разделом « Преступления против личности», который включает пять глав:

- Главу 16  «Преступления против жизни и здоровья»,

- Главу  17  « Преступления против свободы, чести и достоинства личности»,

-Главу 18 « Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности»,

-Главу 19 « Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина»,

-Главу  20 « Преступления против семьи и несовершеннолетних».

Большинство составов преступлений, предусмотренных в данном разделе, имелись и в прежнем законодательстве, однако теперь они выдвинуты на первое место в Особенной части УК.

Такое решение соответствует важнейшей концептуальной идее, положенной в основу реформы уголовного законодательства, а именно- приоритетной охране жизни и здоровья человека, его прав, свободы и законных интересов.

Этой же идее служит расширение круга правоохраняемых интересов, включающих понятие личности. Личность как объект преступления- это человек, рассматриваемый в системе социальных ролей и общественных отношений. Он является одновременно и биологическим существом, и носителем определенных прав, обязанностей, свобод и социальных благ.

Исходя из вышеуказанного, государственным обвинителям  при поддержании государственного обвинения в суде по уголовным делам против личности следует обращать внимание участников процесса, что каждое преступление, предусмотренное разделом 7, посягает на общественные отношения, обеспечивающие нормальное существования личности, при этом не имеется оснований для противопоставления категорий «личность»  и «человек» в качестве объекта уголовно-правовой охраны.

Особое место в системе преступлений против личности в связи с повышенной общественной опасностью занимают преступления против жизни, в связи с чем в настоящей методике этой теме  уделено значительное внимание.

 

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЖИЗНИ

 

Уголовный Кодекс РФ относит к преступлениям против жизни различные виды убийства ( ст.ст. 105-108 УК РФ), а так же причинение смерти по неосторожности ( ст. 109 УК РФ) и доведение до самоубийства ( ст. 110 УК РФ)

Эти составы преступлений помещены на первое место исходя из того, что в них идет речь о защите важнейшего естественного права человека- права на жизнь.

В связи с указанным государственным обвинителям во вступительной части выступления в  прениях сторон  уместно обратить внимание участников процесса на положения ст.20 Конституции Российской Федерации, провозглашающей : « Каждый имеет право на жизнь».

Государственный обвинитель может выразиться следующим образом: «Охрана государством  жизни человека как самого ценного блага  имеет первостепенное значение в современном обществе, при этом нормы уголовного права играют в этом  процессе   существенную роль»

Все преступления данной группы объединяет то, что объектом каждого из них является жизнь человека.

Жизнь в качестве объекта преступления понимается, с одной стороны, как естественный физиологический процесс, а с другой- как обеспеченная законом возможность существования личности в обществе. Благодаря второй стороне жизнь логически подчинена родовому объекту ( личность) и общему объекту преступлений( общественные отношения и общественный интерес)

Как физиологический  процесс жизнь имеет начало и конец. Не может быть убийства ни до начала жизни, ни после ее прекращения.

Момент начала жизни приобретает непосредственное уголовно-правовое значение при отграничении убийства об аборта ( плодоизгнания).

Известно, что плод в утробе матери тоже живет, поэтому аборт можно рассматривать как умерщвление плода.

Однако  жизнь человека начинается с момента рождения, поэтому началом жизни человека считается момент начала физиологических родов и жизнь ребенка охраняется уголовным законом уже в процессе рождения, что подтверждается формулировкой детоубийства в ст. 106 УК РФ.

Процесс жизни человека заканчивается его физиологической смертью. Признаки ее: полная остановка  сердца, прекращение  в силу этого снабжения клеток и тканей кислородом, что приводит к распаду клеток центральной нервной системы.

Прекращение функционирования головного мозга ( смерть мозга) и означает окончание жизни человека.

В отличие от физиологической смерти клинической смертью принято называть временную остановку работы сердца, когда жизнь еще может быть восстановлена. Состояние клинической смерти продолжается обычно несколько минут после прекращения кровообращения и дыхания. В течение этого промежутка времени возможно проведение мероприятий по реанимации, в связи с чем умышленное придание состоянию клинической смерти необратимого  характера следует признавать убийством ( например, в целях использования органов или тканей потерпевшего).

Выступая в прениях сторон по уголовному делу о преступлении против жизни, государственный обвинитель может и должен  отметить, что жизнь как объект преступления не поддается никакой качественной или количественной оценке, в чем выражается важнейший принцип равной правовой защиты жизни каждого человека независимо от его возраста, состояния здоровья или « социальной значимости». Закон одинаково охраняет жизнь богатого и бедного, известного и   рядового человека, при этом не может служить  опровержением принципа равной защиты каждой человеческой жизни ссылка на то, что в УК РФ имеются специальные нормы, устанавливающие несколько повышенную ответственность за посягательство на жизнь отдельных категорий лиц ( ст. ст. 277, 296, 317 УК РФ). Представляется, что усиление ответственности в  этих случаях связано не с повышенной ценностью  жизни потерпевшего, а с наличием  одновременно другого объекта посягательства.

Государственный обвинитель должен знать и учитывать при поддержании обвинения, что  именно равноценностью объекта преступления объясняется, почему причинение смерти человеку, ошибочно принятому за другого, не рассматривается как « ошибка в объекте».Ошибка в личности потерпевшего не  влияет на квалификацию содеянного подсудимым как оконченного убийства.

 

КВАЛИФИКАЦИЯ УБИЙСТВА

 

Убийство- наиболее тяжкое посягательство на жизнь.

В российской правовой системе сам термин « убийство» утвердился далеко не сразу. В памятниках древнерусского права, важнейшим из которых является Русская Правда, лишение жизни именовалось « душегубством», а позднее оно стало называться « смертоубийством» ( Свод законов российской империи 1832г.) и лишь к концу 19 века получило нынешнее наименование- « убийство»- хотя ни в одном Уголовном Уложении России 1903 г., ни в Уголовных кодексах советского периода самому этому понятию так и не было дано развернутого определения.

В Уголовном  кодексе  РФ 1996г.  впервые дано понятие убийства - это умышленное причинение смерти другому человеку.

Ранее убийством считалось как умышленное, так и неосторожное причинение смерти человеку, в связи с чем существовал состав неосторожного убийства, что не всегда положительно воспринималось правоприменителями.

Государственным обвинителям необходимо знать и учитывать, что в настоящее время состава неосторожного убийства в уголовном законе не содержится, статьей  109 УК РФ предусматривается уголовная ответственность за причинение смерти по неосторожности, при этом   за причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего выполнения лицом своих профессиональных обязанностей  ( ч.2 данной статьи УК РФ)  совершенно обоснованно предусмотрено более строгое наказание.

Несмотря на то, что в формулировке ст. 105 УК РФ нет указания на противоправность причинения смерти, этот признак в характеристике убийства является необходимым. Именно он позволяет отграничить убийство от правомерного лишения жизни человека.

Так, причинение смерти при необходимой обороне не только не влечет уголовной ответственности, но и не  может быть названо убийством. Равным образом не являются убийством и другие случаи правомерного лишения жизни: при исполнении приговора к смертной казни, в ходе боевых действий и др.

Указание в ч.1 ст. 105 УК РФ на причинение смерти  другому человеку подчеркивает, что причинение смерти самому себе не является преступлением.

 

ПРИЗНАКИ СОСТАВА ПРОСТОГО УБИЙСТВА

 

Простым принято называть убийство без квалифицирующих или привилегированных признаков, непосредственным объектом которого является жизнь человека.

Объективная сторона убийства как типичного преступления с материальным составом представляет собой единство трех элементов:

- действие (бездействие), направленное на лишение жизни другого лица;

-смерть потерпевшего как обязательный преступный результат;

-причинная связь между действием (бездействием) виновного и наступившей смертью потерпевшего.

 Государственные обвинители должны учитывать, что чаще  всего убийство совершается путем активных действий как посредством использования каких-либо орудий преступления, так и путем непосредственного физического воздействия на организм потерпевшего, при этом способ причинения смерти решающего значения  для квалификации не имеет, за исключением случаев,  когда со способом убийства связан какой-либо из квалифицирующих признаков ч.2 ст. 105 УК РФ, однако он  непременно входит в предмет доказывания по любому уголовному делу, в том числе и по убийству.

В судебном заседании государственный обвинитель обязан путем допросов очевидцев преступления, подсудимого, исследования заключений  судебно-медицинских экспертиз и  иных документов  убедить в правильности описания следственными органами способа совершения убийства, примененных орудий и т.д.

Возможно и причинение смерти человеку путем психического воздействия, но для умышленного убийства это нехарактерно,т.к. предполагает осведомленность виновного об индивидуальных особенностях организма потерпевшего, когда психическая травма заведомо приведет к смерти.

Убийство путем бездействия встречается относительно редко. Такое убийство предполагает, что на виновном лежала обязанность предотвратить наступление смертельного исхода. Эта обязанность может вытекать из договора, трудовых отношений, предшествующего поведения виновного и  других фактических обстоятельств. Например, судебной практике известны случаи, когда мать умышленно причиняет смерть своему ребенку, оставив без пищи и посторонней помощи одного в запертой квартире на длительное время.

Обязательное условие ответственности за убийство- наличие причинной связи между действием ( бездействием) виновного и смертью потерпевшего, причем для убийства типична прямая ( непосредственная) причинная связь. Например, выстрел в потерпевшего влечет за собой его смерть. Значительно сложнее бывает обнаружить причинную связь, когда она носит не прямой, а опосредованный характер.

Государственный обвинитель должен учитывать, что причинная связь при убийстве    может быть опосредована:

-действием автоматических устройств( часовой механизм, различные замедлители при взрыве);

-ожидаемыми действиями потерпевшего, которые  могут быть правомерными ( например, вскрытие адресатом посылки, содержащей взрывное устройство, либо приведение в действие двигателя заминированной автомашины потерпевшего), так и неправомерными ( например, сознательное оставление в салоне автомобиля бутылки с отравленной водкой в расчете на то, что угонщик ее выпьет);

-действием малолетнего или психически больного, не осознающих характера содеянного;

-действием природных сил ( например, оставление на морозе избитого до потери сознания потерпевшего)

-действием третьих лиц ( например, запоздалое или неквалифицированное оказание медицинской помощи потерпевшему).

Таким образом, смерть должна явиться необходимым и закономерным результатом действий ( бездействия) виновного, а не случайным его последствием.

 

Так, суд признал необоснованным осуждение А.и. И. за причинение смерти З., который скончался от острого малокровия, вызванного длительным и значительным носовым кровотечением в результате перелома костей носа с разрывом хряща, т.к. смерть З. обусловлена не тяжестью травмы, а тяжким заболеванием крови ( гемофилия), которым тот страдал.

 Государственный обвинитель должен знать, что убийство признается оконченным с момента наступления смерти потерпевшего, при этом, если доказан прямой умысел на убийство, не имеет значения когда именно наступила смерть- немедленно или спустя какое-то время. Уголовный закон  не устанавливает никаких «критических сроков» наступления смерти, если у виновного  был умысел на убийство.

 

ПОКУШЕНИЕ НА УБИЙСТВО

 

Действия лица, непосредственно направленные на причинение смерти другому человеку, если они по обстоятельствам, независящим от воли виновного, не привели к этому  результату, квалифицируются как покушение на убийство. Если преступник при умысле на убийство выполнил все, что считал необходимым, но результат не наступил помимо его воли, налицо оконченное покушение, причем отказ от повторения посягательства не аннулирует умысла, который имелся в момент совершения первого действия.

С учетом указанного уже  при  изучении материалов уголовного дела на досудебной стадии государственному обвинителю  следует обратить особое внимание  на описание следственными органами объективной    и субъективной стороны  убийства, а   на стадии судебного следствия выяснить при допросе подсудимого, особенно  у отрицающего умысел на причинение смерти потерпевшему, какие  намерения он имел, причиняя потерпевшему то или иное телесное повреждение, причины, по которым он сам лично не оказал ему  помощь, не  принял мер к вызову медиков, сотрудников милиции, скрылся с места происшествия.

 

СУБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА УБИЙСТВА

 

Давая оценку субъективной стороне совершенного подсудимым убийства, государственный обвинитель должен четко знать , что при умысле на убийство лицо сознает, что совершает деяние, в результате которого наступит смерть другого человека, реально предвидит это последствие и желает ( прямой умысел) либо сознательно допускает наступление смерти или безразлично относится к ней ( косвенный умысел)

Однако гособвинителю  следует иметь ввиду, что  хотя убийство  совершается  с прямым или косвенным умыслом на причинение смерти, однако оно  совершается с прямым умыслом не только тогда, когда причинение смерти является конечной целью действий виновного. Цель может лежать и за пределами состава убийства.

 Например, убийство случайного очевидца преступления ( цель- избежать разоблачения) или убийство кассира, отказавшегося передать преступнику деньги( цель-завладение деньгами). Желание как волевой момент умысла имеется и в этих случаях.

При косвенном умысле виновный не направляет свою волю на причинение смерти, но своими действиями сознательно допускает ее наступление.

Косвенный умысел встречается при поджоге помещения, в котором находятся люди; при использовании кляпа или пластыря, для того чтобы не дать потерпевшему возможности позвать на помощь, если в результате этого наступила смерть; при убийстве посторонних людей в случае применения взрывного устройства или иного общеопасного способа преступления.

Убийство с косвенным умыслом законодатель и судебная практика не рассматривают как  менее  опасный вид. Смерть человека- настолько тяжелое последствие, что и безразличное отношение виновного к ее наступлению свидетельствует о высочайшей степени общественной опасности содеянного.

Государственный обвинитель должен знать и учитывать в практической деятельности, что закон не противопоставляет косвенный умысел прямому, а объединяет их. Разграничение этих видов умысла приобретает решающее значение только при  ненаступлении смертельного результата,  при этом покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом.

 Установление вышеуказанных обстоятельств особенно важно по уголовным делам, где изначально просматривается версия обвиняемого  об отсутствии у него умысла на убийство, о совершении преступления при превышении обвиняемым пределов необходимой обороны либо вообще о   совершении  обвиняемым преступлении в  состоянии необходимой обороны.

По смыслу уголовно-процессуального закона при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные  в судебном заседании доказательства как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. В соответствии с требованиями данной нормы закона суд должен привести все доказательства как подтверждающие обвинение, так и опровергающие его, указать в приговоре, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие- отвергнуты. Мотивировка приговора призвана объяснить почему суд принял то, или иное решение, почему отверг те или иные доказательства.

Так, отменяя приговор Нижнеудинского районного суда в отношении А, осужденного по ч.1 ст. 105 УК РФ, кассационная инстанция  Иркутского областного суда указала, что вышеприведенные нормы процессуального закона судом1 инстанции были нарушены, поскольку фактически версия подсудимого о том, что он действовал в состоянии необходимой обороны, не была опровергнута судом, а наоборот, нашла свое частичное подтверждение в показаниях свидетелей А. и С. Кроме того, при явной необходимости проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы, суд ограничился допросом эксперта в судебном заседании, который фактически ответил на новые вопросы.

Примером неверного установления в судебном заседании  формы вины является уголовное дело в отношении И., осужденной за умышленное убийство своей дочери ( определение ВС РФ от 7 апреля 2009г. № 51-009-15)

По приговору суда И. признана виновной в неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетних детей и умышленном убийстве шестимесячной И.Д.

Суд, квалифицируя действия И. по ст. 105 УК РФ указал в приговоре, что виновная осознавала общественную опасность своего бездействия, предвидела возможность наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти ее малолетней дочери, не желала, но безразлично относилась к наступлению этих последствий и сделал вывод, что И. умышленно причинила смерть потерпевшей.

Однако из показаний осужденной, приведенных в приговоре, следует, что она лечила дочь самостоятельно, давала ей лекарства, смазывала ее зеленкой, поила соком, умысла на лишение жизни не имела.

Данные показания осужденной в приговоре не опровергнуты, а наоборот, из показаний судебно-медицинского эксперта Б. видно, что помощь ребенку оказывалась.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция пришла к выводу, что осужденная не предвидела смерти потерпевшей в результате своих деяний, но по обстоятельствам дела должная была и могла предвидеть это, если бы действовала с большей осмотрительностью.

Исходя из таких выводов действия И. были переквалифицированы с  умышленного причинения смерти другому человеку на причинение смерти по неосторожности, т.е. со ст. 105 УК РФ ч.2 п.п. « в, д»  на  ч.1 ст. 109 УК РФ.

 Кроме того, следует обратить внимание, что при решении вопроса о наличии  как прямого так и косвенного умысла в действиях виновных следует исходить из всех обстоятельств совершенных преступлений: способа совершения, характера и локализации телесных повреждений, интенсивности действий виновных и их направленности на нарушение функций жизненно-важных органов потерпевших, множественности ударов, которые в своей совокупности могут свидетельствовать о намерении виновных добиться смерти, а так же действий осужденных, непосредственно  после причиненных телесных повреждений, приведших к наступлению желаемого результата.

Подтверждением необходимости установления вышеуказанных обстоятельств может служить уголовное дело по обвинению Ф.С. и Ф.Д. ( определение ВС РФ от 17 февраля 2009г. № 77-009-4) в совершении умышленного причинения смерти  2 лицам- К. и Г.

Изменяя квалификацию действий Ф.С. и Ф.Д. на  другие, менее тяжкие составы, суд указал, что подсудимые оказывали помощь Г. при возникновении у него приступа эпилепсии, а так же на то обстоятельство, что смерть Г. наступила не в результате избиения, а от отравления угарным газом.

Однако, изложенные в приговоре выводы суда об отсутствии у подсудимых умысла на убийство потерпевших не соответствуют установленным самим судом обстоятельствам, изложенным в приговоре, согласно которым  Ф.С. и Ф.Д. подвергли избиению обоих потерпевших, нанося им множественные удары руками и ногами по различным частям тела, в том числе и в грудную клетку и голову до тех пор, пока потерпевшие не перестали подавать признаки жизни. Кроме этого, Ф.Д. пытался проткнуть ложкой ушную раковину К.Л., которого удерживал Ф.С. Полагая, что потерпевшие мертвы, подсудимые с целью сокрытия преступления совершили поджог  квартиры.

Изложив таким образом в приговоре указанные обстоятельства, в то же время суд не дал оценки тому, что подсудимые причинением потерпевшим телесных повреждений привели их в бессознательное состояние, при котором полагали, что наступила их смерть и умышленно, с целью сокрытия преступления совершили поджог квартиры, т.е. е только допускали возможность наступления смерти потерпевших, а и желали этого.

При таких данных  выводы суда не соответствовали обстоятельствам, установленным в судебном заседании, что привело к неверной квалификации  действий подсудимых. Кассационной инстанцией постановленный судом приговор был отменен.

 

МОТИВ  И  ЦЕЛЬ УБИЙСТВА

 

В п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  № 1 от 27 января 1999г. « О судебной практике  по делам об убийстве» указано, что суды обязаны выяснять мотивы и цели убийства по каждому  уголовному делу.

Указанное требование целиком и полностью распространяется  и на государственных обвинителей.

Государственные обвинители должны знать и учитывать при поддержании обвинения, что для простого убийства характерны такие мотивы, как:

- месть за какое-либо действие потерпевшего независимо от его правомерности;

- ревность;

- зависть, неприязнь, ненависть, возникшие на почве личных отношений.

 Возможно также убийство:

- из сострадания к безнадежно больному или раненому;

- из ложного  представления о своем общественном или служебном долге;

- из страха перед ожидаемым или предполагаемым нападением при отсутствии состояния необходимой обороны и т.д.

 К простому убийству относится также умышленное причинение смерти в обоюдной драке или ссоре под влиянием эмоциональных мотивов гнева, ярости, страха за свою жизнь при отсутствии признаков сильного душевного волнения.

Таким образом, простое убийство может быть совершено по любым мотивам, за исключением тех, которым закон придает квалифицирующее значение.

Отсутствие в описании преступного деяния, признанного судом доказанным, мотивов преступления, является нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим безусловную отмену приговора по основаниям ч.1 ст. 381 УПК РФ с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Так, в ряде случаев,по уголовным делам об убийствах  суды 1 инстанции указывали в приговорах, что у подсудимых в ходе ссоры, на почве личных неприязненных отношений возникал умысел на причинение  смерти потерпевших, однако достаточных доказательств в подтверждение таких выводов не приводилось, что влекло в последствии отмену таких приговоров.

 

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЗДОРОВЬЯ

 

Непосредственным объектом таких преступлений является здоровье как физиологическое состояние человека на момент совершения в отношении него преступления.

Преступление против здоровья можно определить как противоправное, умышленное или неосторожное причинение вреда здоровью другого человека.

Под вредом здоровью понимаются либо телесные повреждения, т.е. нарушение анатомической целостности органов или тканей человеческого тела или их физиологических функций, либо заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических.

Различают четыре критерия тяжести вреда здоровью: опасность для жизни, наступление последствий, конкретно названных в законе, размер и характер стойкой утраты трудоспособности, продолжительность временного расстройства здоровья.

Объективную сторону причинения вреда здоровью составляет любое действие или бездействие, отвечающее признакам, установленным ст.ст. 111-118 УК РФ, и повлекшее указанные там последствия. Способ действия возможен любой, за исключением тех случаев, когда он имеет квалифицирующее значение ( ч.2 и 3 ст. 111, ч.2 ст. 112 УК РФ).

Субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст.ст. 111-117 УК РФ, характеризуется прямым или косвенным умыслом. За неосторожное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью ответственность по ст. 118 УК РФ.

Государственный обвинитель при  поддержании обвинения по уголовным делам данной категории должен учитывать, что для умышленного причинения вреда  здоровью наиболее типичен неконкретизированный умысел, когда  виновный предвидит и делает или сознательно допускает причинение вреда здоровью другого лица, но не представляет конкретно объем этого вреда и нередко лишен возможности конкретизировать степень тяжести причиняемого вреда здоровью.

Квалификация содеянного при неконкретизированном умысле определяется  в зависимости от фактически наступивших последствий, поскольку умыслом виновного охватывалось причинение любого вреда здоровью.

При прямом  конкретизированном умысле ответственность должна наступать за тот вред здоровью, который охватывался умыслом виновного, при этом, если  реально был причинен менее тяжкий вред или вообще вред здоровью не был причинен, то виновный  должен нести ответственность за покушение на причинение того вреда здоровью, который он желал причинить.

Цели и мотивы умышленного причинения вреда здоровью имеют значение для квалификации содеянного, когда закон связывает с ними повышение ответственности ( ч.2 ст. 111 УК РФ, ч.2 ст. 112 УК РФ).

 

УМЫШЛЕННОЕ ПРИЧИНЕНИЕ ТЯЖКОГО ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ

 

Наиболее опасным видом рассматриваемого преступления является умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее  по неосторожности   смерть потерпевшего.

Это деяние представляет собой сложный состав преступления с двойной формой вины: умысел ( прямой или косвенный, а также неконкретизированный) по отношению к причинению тяжкого вреда здоровью и неосторожность ( в форме легкомыслия или небрежности) по отношению к наступлению смерти.

Отграничение  данного преступления от убийства может быть проведено только по субъективной стороне, при этом государственный обвинитель при решении вопроса о направленности умысла виновного должен исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и  орудие преступления, количество и локализацию телесных повреждений ( например, ранения жизненно важных органов человека), а так же предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Квалифицируя действия лица, результатом которых явилось причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, повлекших ее смерть, государственному обвинителю следует исходить не только из последствий содеянного этим лицом, но и из направленности его умысла по отношению к наступившим последствиям.

            Так, по делу С., осужденного по ч.1 ст. 105 УК РФ суд исходил только лишь из самого факта причинения им тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшей. При этом в приговоре не было приведено каких-либо данных, опровергающий довод подсудимого С. о том, что он не предвидел возможность наступления смерти потерпевшей Я.

            Так, в ходе предварительного расследования С. пояснял, что после совместного распития спиртного они  катались в ее автомашине по городу. Потом Я. остановила машину, стала приставать к нему и С. ударил ее кулаком по голове. Потерпевшая откинула голову назад, а  подсудимый пошел домой. Через некоторое время, подумав, что он нанес сильный удар, С. вернулся к автомашине и обнаружил, что потерпевшая мертва.

            Из протокола осмотра места происшествия видно, что труп Я. Обнаружен в автомашине на водительском сиденьи, голова трупа запрокинута назад, что объективно подтверждало показания С.

            По заключению экспертизы обнаруженная у потерпевшей черепно-мозговая травма могла быть причинена в результате одного удара кулаком в лобную область головы и при жизни потерпевшей квалифицировалась бы как тяжкий вред здоровью. После причиненной травмы Я. могла жить от нескольких секунд до нескольких часов, но не могла совершать активных целенаправленных действий. При оказании квалифицированной медицинской помощи она могла остаться жива.

            При квалификации содеянного суд в приговоре сослался на то, что « С. нанес Я. удар в голову и, видя, что, она стала беспомощной, не оказал ей помощь». Между тем указанное обстоятельство ( неоказание помощи потерпевшей) само по себе не свидетельствует об умысле С. на совершение убийства Я. Других данных, позволяющих утверждать, что умысел осужденного был направлен именно на причинение смерти потерпевшей, в приговоре приведено не было.

 Исходя из изложенного Президиумом Верховного Суда РФ действия С. переквалифицированы  с ч.1 ст. 105 УК РФ на ч.4 ст. 111 УК РФ( постановление от 10.12.2008 № 350п08).

Кроме того, государственным обвинителям следует обращать особе внимание на роль и конкретные действия каждого из лиц, совершивших в группе лиц преступление, предусмотренное ч.4 ст. 111 УК РФ.

Если в судебном заседании не было установлено, что подсудимый в группе лиц без предварительного сговора  причинил потерпевшему тяжкие телесные повреждения, то, исходя из диспозиции ч.1 ст. 35 УК РФ, по смыслу которой лицо, действующее в группе лиц при отсутствии предварительного сговора не может нести ответственность за действия, совершенные другим лицом и их последствия,  он не может быть осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ.

 По указанному основанию был изменен приговор в отношении А, осужденного по ч.4 ст.  111 УК РФ Невинномысским городским судом Ставропольского края. Действия А были переквалифицированы с ч.4 ст. 111 УК РФ на ч.1 ст. 115 УК РФ.

Имеют место случаи отмены приговоров  по основанию ч.4 ст. 302 УПК РФ, согласно которой  обвинительный приговор е может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Так,  кассационной инстанцией Верховного Суда РФ был отменен  в части осуждения по ч.4 ст. 111 УК РФ приговор Верховного Суда республики Дагестан  в отношении А.

Отменяя приговор, коллегия указала, что сведения, сообщенные суду   двумя другими подсудимыми о том, что А. применял к потерпевшему насилие, содержат противоречия, не устраненные судом. Какие-либо иные доказательства, подтверждающие участие А. в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего в судебном заседании не установлены.

С учетом заключения экспертизы  о том, что на предметах, которые в случае нанесения А. ударов были бы в контакте с потерпевшим ( туфли, носки, брюки) следов крови не обнаружено, а так же что сам А. в   ходе  предварительного и судебного следствия отрицал свое участие в избиении потерпевшего и эти доводы ничем не опровергнуты, коллегия отменила приговор в отношении А. в части осуждения по ч.4 ст. 111 УК РФ. Кроме того,  действия А. с п. « в» ч.3 ст. 162 УК РФ  были переквалифицированы на ч.3 ст. 162 УК РФ.

 

 

ПРАКТИКА НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ ПО ДЕЛАМ ОБ УМЫШЛЕННЫХ УБИЙСТВАХ И ПРИЧИНЕНИИ ТЯЖКОГО ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ, ПОВЛЕКШЕГО ПО НЕОСТОРОЖНОСТИ СМЕРТЬ ПОТЕРПЕВШЕГО

 

            Согласно проведенному по итогам 2008г. обобщению  практики назначения судами наказания по уголовным делам о  преступлениях, предусмотренных  ч.1 ст. 105 УК РФ,
. ч.4 ст. 111 УК РФ, назначаемое по данной категории дел наказание  не всегда отвечало принципам и задачам уголовного закона,  соответствовало характеру и степени общественной опасности таких преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновных, что обусловливалось, в том числе,  недостаточно строгой позицией государственных обвинителей   по вопросам назначения наказания.

            От государственных обвинителей было потребовано исключить факты некачественного поддержания государственного обвинения по делам данной категории, добиваться назначения  виновным  с учетом наличия смягчающих и отягчающих обстоятельств справедливого наказания.

            В настоящее время практика назначения наказания за преступления, предусмотренные ч.1 ст. 105 УК РФ и ч.4 ст. 111 УК РФ в целом соответствует  степени их тяжести, что свидетельствует о выполнении вышеназванных требований.                

            Вместе с тем, государственные обвинители  не должны снижать наступательности в отстаивании позиции  о применении   к лицам, виновным  в совершении преступлений данной категории, относящихся к особо тяжким, строгого, соответствующего  их высокой степени общественной опасности, наказания.